Месть Империи. Братство Астарты

Так бы оно и случилось, но юная царица проявила не по годам тонкий расчет и политическую прозорливость. Посовещавшись с верхушкой города и убедив их выбрать меньшее из зол, она отправилась в Сардогад к Хозрою. Что она пообещала царю, неизвестно, но, видимо, немало, раз вернулась с сардийским войском и договором о протекторате Сардии над Халидадом, подтверждающим все древние права и вольности города. Воевать с Сардией Муслим тогда все-таки не решился — так, погромил окрестности Халидада и убрался восвояси, но ненависть за позор все эти годы в душе султана не угасала ни на миг.

Камол в сомнении сдвинул камешек четок.

— Не пойму, как это нам поможет…

Глава 8

Оглядел своих соратников, Эрторий выдержал эффектную паузу и произнес, совсем не удивившись, увидев помрачневшие лица:

— Мы отдадим ему Халидад!

В целом, Тирос уже понял замысел магистра и как человек, не лишенный понимания добра и зла, внутренне содрогнулся.

— Он не решится. Напасть на Халидад сейчас — означает пойти не только против Хозроя, но и против империи. Уверен, Константин уже смотрит на город как на свою собственность. И вообще, как мы это сделаем?

Губы Великого магистра сжались в тонкую нить.

— Мы предложим Хозрою отдать в жены султану свою дочь, а с ней как приданое — и протекторат над Халидадом. Муслиму не останется другого выхода, кроме как защитить свою новую родню и имущество, то есть вступить в войну против империи.

По лицу Камола проскочила гримаса отвращения: он, как никто, знал нравы повелителя Ибера.

— Хозрой никогда не отдаст свою любимую дочь в лапы старому извращенцу и изуверу.

Эрторий поморщился.

— Царь сейчас не в том положении, чтобы выбирать. Хозрой остается царем лишь до тех пор, пока не пали стены Ура. Потом незавидная судьба ждет не только его дочь, но и его сыновей, его самого, да и всю Сардию. Как вы думаете, что он выберет?

Задумчивый взгляд Тироса уперся в темный угол сада:

— А тебе не жалко Халидад? Султан не пощадит город, да и Вирсанию.