Путь Старых Богов

Но с другой… как говорится, знакомый оборотень лучше незнакомого целителя. Пока неизвестные лазутчики занимались убийствами магов – Ликар догадывался (конечно, приблизительно), куда может быть нанесен следующий удар, который можно постараться отразить или опередить. А с неизвестностью не сильно поборешься. Верховный жрец не сомневался, что неизвестный враг переключился на какую-то новую цель, а на какую – не было возможности узнать, пока он не нанес удар. И потому перестраховывался, как мог – а мог он не так уж много против неизвестной опасности.

Держать возле главного храма один из отрядов охотников, увеличить в некоторых местах охрану, ужесточить свой контроль в некоторых сферах жизни земель Никкасу, и, конечно же, продолжать искать лазутчиков. В случае удачи они могли выдать свои планы, а может даже, и назвать имя того врага, который решился на такие действия. И тогда враг познает всю тяжесть гнева последователей Никкасу, одной из заповедей которого было “ помни основы правильной жизни – близких – любить, друзей – уважать и помогать, врагов же в живых не оставлять”. Они жили по этим заповедям, и простые люди, жившие на землях храма, постепенно тоже переняли такие взгляды на жизнь. И во всех окружающих странах знали, что нет верней друга и страшней врага, чем выходец из земель Никкасу. Именно поэтому живых врагов у монахов не было – они канули в прошлое. Остались только многочисленные недоброжелатели, которые, помня прошлое, не рисковали переходить зыбкую грань недоброжелатель-враг. Чего стоили такие грозные когда-то противники монахов, как клан серфеньигов (морские пираты, когда–то населявшие целый архипелаг, гроза и ужас всех прибережных стран, мастерски владевшие магией воды, полностью уничтоженные ныне). А благородный орден Белой звезды, переродившийся в бич земель, лежащих западнее земель Никкасу? А нашествие разумных тварей из какого-то неведомого мира, остановленное монахами и легендарными (ныне исчезнувшими) эльфами? Но… это уже былое. Отгремели величайшие битвы подлунного мира, в которых монахи обязательно принимали участие, всякий раз становясь на сторону добра. Теперь, без покровительства бога монахи вырождались, и все меньше потомственных монахов рождалось с сильным, или хотя бы средним уровнем дара. Им приходится изобретать чудовищные по сложности способы усиления своего слабеющего дара, и тратить на его развитие все больше времени. Да, они все еще лучшие бойцы изведанного мира, да, они одни из искуснейших боевых магов.