Волчий Рубин: Город Призраков

– Однако уверены ли вы, повелитель, что знаете нужные вопросы?

-Ой, да хватит набивать себе цену… - зевнул Арман. – Уже, честно говоря, хочется спать и жрать. Рассказывай, как считаешь нужным. Я надеюсь, Чезаре, ты не будешь возражать? Ведь по любому быстрее получится.

***

Вилренг поднял руку ладонью вперёд, призывая к тишине, и разговоры в зале постепенно затихли до смутных шепотков, а затем и вовсе сошли на нет. Сотни лиц взирали сейчас на молодого верволка. Любопытство, страх, удивление, злорадство, сочувствие… Создавалось впечатление, что не отыскать взглядом двоих из толпы, у которых было бы одинаковое душевное состояние.

Младший остро чувствовал неуверенность брата и поражался, как её не замечают остальные. «Или замечают? Нет, вряд ли. – Мысли вернулись к любимой жрице. В очередной раз. – Сказала ли она всю правду или нет? И верное ли решение я принял?» После позавчерашнего разговора с Вилренгом он решил разузнать о тех бумагах, которые видел у Алисанды. Конечно, Карренг старался не думать о том, что его невеста способна на столь грязные методы борьбы с конкурентом, но и отбросить эту версию, не проверив, не мог.

…-И что ты ищешь в моём столе, дорогой? – осведомилась Алисанда наигранно грозным тоном. И тут же расхохоталась, наблюдая за виновато-ошарашенным видом любовника.

Карренг присел на край столешницы и, ни секунды не раздумывая, решил сыграть ва-банк:

-Те документы, которые были у тебя утром.

-Посмотрите, какой сердитый… - девушка приблизилась и легко, едва касаясь, провела ладонью по груди верволка.

Жрица приблизила лицо, почти коснувшись губами губ Карренга.

Принц мотнул головой, отбрасывая волосы с лица, и приобнял девушку за талию. Кольцо его рук было как никогда жёстким, и объятия не приближали, а словно наоборот - удерживали на расстоянии, не давали любовнице разрушить последний барьер, за которым верволк не сможет устоять перед её чарами.

-Сэнди, - ласковое обращение прозвучало в этот раз довольно холодно, - ответь, что было в тех отчётах? Разве я многого прошу? – Прищур превратился из блаженного в хитро-жестокий. Да, его высочество был очень молод и во многом неопытен, но характером пошёл в отца – если что задумал, то сбить с пути его не представлялось возможным.