Павел Гард и амулет тьмы

- Непременно и очень скоро! Мы увидим то о чём мало кто и знает! – Ратибор пристально всматривался в тёмные окна мезонина, за которыми на горизонте появилась и стала расширяться светлая полоса чистого неба, неизбежно и быстро приближаясь, - Видимо время ещё не пришло для широкой огласки этого факта истории.

- А что ещё сказано в пророчестве? – на всякий случай поинтересовался Пашка.

- Это вам лучше спросить у Евдокии, капитан, – посоветовал богатырь, - Я и так можно сказать, лишнего сболтнул.

- От неё добьёшься чего-нибудь, пожалуй.

Снег перестал валить хлопьями и начали появляться очертания верхушек деревьев. Вот только привычных елей и берёз, среди них не оказалось.

- Всё будет хорошо, друг мой! – уверенно произнёс Ратибор, - И во всех мирах, вновь воцарятся гармония и мир. Я ведь не специалист в данной области, не забывайте, мой друг о том, что в первую очередь, я – воин.

- Что это?! – вскрикнул Пашка, указывая рукой за окно.

Распахнув двери, он выскочил на балкон. Ратибор не спеша последовал за ним. Он ведь уже видел всё это собственными глазами.

Из-под толщи снега, на уровне макушек не известных Пашке видов деревьев, листва которых завяла от мороза, а не облетела, пожелтев, возвышались острые, каменные шпили и причудливой формы башни из тёмного камня, витиевато украшенные каменной резьбой.

- Это Сибирь-Матушка, друг мой! – гордо произнёс богатырь, - Когда-то она выглядела совершенно иначе, как и наши далёкие предки, о существовании которых, мы теперь почти ничего не знаем.

- Вернее сказать: мы вообще ничего об этом периоде своей истории не знаем! – констатировал Пашка, внимательно вглядываясь в открывающиеся виды.

Становилось заметно теплее, и толщина снега заметно уменьшалась, открывая взору всю красоту и величественность непривычных глазу каменных строений.

- Мы с вами знаем, друг мой! – на лице Ратибора появилась улыбка, - И это знание делает нас сильнее.

- Так значит всё это, правда! – обрадовался Пашка.

- Это история самой земли, а уж её-то переписать не возможно как учебник или рукопись, - твёрдо заключил славный богатырь Ратибор.