Павел Гард и амулет тьмы

- И это правда, – Пашка пристально посмотрел в глаза бабушки, - Вот только не пойму, в отца я такой или в мать?

- Оба, такие были, - Евдокия махнула рукой, - А ты ежели сам всё видел теперь, то зачем меня-то вопросами мучаешь?

- Не кори себя, ба, - попросил Пашка, - Не стоит. Знаю. Выбора у тебя не было. Ты же веришь, мы всё исправим и вернём их.

- Думаешь, я не пыталась? – бабушка вновь махнула рукой.

- Я ещё не пытался! – отрезал Пашка.

- Знаю, силы твои растут, – Евдокия посмотрела на внука, - Обучаться только поспевай.

- Обещаю, ба! – поклялся Пашка, - Сто раз подумать, прежде чем сделать!

- Один то хоть раз успей подумать, - Евдокия вздохнула.

- Успею! – Пашка подошёл к бабушке и приобнял её, – Нет в том твоей вины! Так и знай!

- Знай, не знай. А грех на мне великий. На смерть их отправила.

- Ты меня спасла! И как теперь я знаю уже не раз.

- Ты, я смотрю, времени зря не терял! – бабушка ухмыльнулась.

- Само так вышло, - Пашка сделал виноватое лицо, - Но пара вопросиков у меня имеется.

- Знаю, я твоё, само! – Евдокия покачала головой, - Наберись терпения! Всему своё время!

- Ну, вот опять! – выпалил домовой, словно дожидаясь именно этого момента.

- Что опять? – переспросила бабушка.

- Опять сидеть и ждать! – пробурчал Фома.

- Тебе-то куда торопиться! Непутёвый! Это вот ему уже пора! – бабушка показала рукой на Пашку, который прятал под матрас клинок и обломок стрелы.

- Куда, пора? – недоумевающе переспросил Капитан.

- Куда, куда? – бабушка махнула рукой в сторону двери в каюту, - Учителя тебя уже заждались!

- Да вроде нет никого, – на палубе было тихо, и боцман спокойно сидел на мешках, покуривая свою трубку.

- Где мой ученик! – раздался уже знакомый гремящий голос викинга.

Прямо за витражной дверью сверкнул открывающийся портал. Что-то сильно грохнуло по деревянной палубе корабля. Скорее всего, это был огромный боевой топор, который викинг всегда таскал с собой.

- Кэп! К Вам гости! – раздался зычный голос боцмана, который скрестив свои сильные руки на груди, уже стоял на пути Бьёрна, преграждая ему путь в каюту капитана.

- Я уже иду! – выпалил Пашка, хватая на бегу свой капитанский китель со стула и фуражку.

Стул с грохотом упал на пол. Бабушка и домовёнок, почти одновременно взялись за стул, чтобы его поднять, глядя на то, как хлопнула за Пашкой дверь в каюту. Оба одновременно переглянулись. Фома выдернул стул из рук бабушки и поставил его на место.