Белый Волк. Власть Де-Марка

Ловко уклонялся, оказывался за спиной противника, бил его либо в подмышку, либо в ногу.

В один момент, когда врагов, нападающих первыми, не осталось, король Нуньеса изподтишка подбежал к Гронскому, замахнулся на него оружием, злобно ухмыляясь, и почти ударил, однако в самый последний момент подбежал Костя, сбил Варлама Еремеевича с ног и со всей силы вонзил меч ему в живот, а если быть точнее, в пузо, которое тот нарастил за последний год.

Буквально через несколько секунд с криком прибежал Геласий, громко крича и размахивая мечом во все стороны.

Рина, улыбаясь уголком рта, наблюдала за всем происходящим. Островская была рада, ведь человек, который приставал к ней, думая, что она отдастся ему лишь из-за титула и богатств, сейчас получил по заслугам. Девушка была уверена, что этот извращенец проворачивал такое же далеко не с одной, не с двумя и даже не с тремя женщинами.

Король поблагодарил охотника за помощь и побежал к замку.

Велемир, незаметно убежав от лучников, также незаметно вернулся. Его отсутствия так никто и не заметил. Все по уши были в сражениях.

Саша взяла на себя сразу нескольких противников. Она только ранила их, не убила. Гронская ни разу в жизни не убивала, что делал каждый охотник, и не осмелилась бы. В университетах таланта и битвы обычно обучают тому, как потерять всяческое сожаление к врагу и без труда прикончить его, но дочери короля ничего и никак не помогало.

На одной из улиц, а именно около старого музея, куда обычно водят студентов для прослушивания лекций, дрался Клим. После смерти Вукола он ни разу не улыбался и не смеялся, что и так делал очень редко. Под глазами выделялись мешки, а жёсткая щетина придавала мужественности. На внешний вид эльфу стало всё равно. Сейчас он жаждал лишь одного – смерти Де-Марка.

Через некоторое время битва закончилась. Фидель вновь потерпел поражение и вновь скрылся с поля боя. Большая часть города была разрушена. Повезло, что его обычные жители успешно эвакуировались до начала атаки.

Геласий вышел за его пределы вместе с армией своего королевства. Он держал в руках корону отца, всё ещё косо поглядывая на охотника и поглаживая синяк на щеке, который тот ему сделал.