Перевоплощение

В них была жизнь, но не было того, что свойственно всем людям, того, что делает людей разумными. В них не было осознанности. И взгляд Дэниела, и движения, и манера поведения, – все свидетельствовало о том, что им движут инстинкты, а не разумность.

Мэри вскрикнула, когда поняла это. Вскрикнул, а вернее мысленно заорал и Дэниел-кот, когда понял, что произошло на самом деле.

«Это… это невероятно… этого не может… не может быть», – Дэниел затряс кошачьей головой, то ли желая избавиться от наваждения, то ли вытрясти человеческое сознание из кошачьего тела.

Нет. Это было наваждение. Не больше. Не могло же на самом деле случиться то, что произошло. Не в XXI же столетии!

«Это Тайги, – Дэниел расставил ноги и сверлил взглядом человека на четвереньках. Хвост его судорожно метался из стороны в сторону. – В голове у этого парня сидит Тайги, а я, Дэниел, сижу в голове у Тайги, в голове тупого и никчемного кота. О, нет! Как такое возможно?»

Ноги отказались держать маленькое кошачье тельце.

Перед глазами у Дэниела потемнело. Он завалился набок и потерял сознание.

Глава 5. В теле животного

Без сознания Дэниел пробыл недолго. Открыв глаза, он устремил опустошенный взгляд на Тайги. Тот все так же стоял на четвереньках, жался к кровати и время от времени издавал тихое мяуканье.

– Да ты что, не видишь, что он издевается? – пришел в себя Эван Макмилан. – Дразнит, змееныш! – с этими словами Эван подскочил к Дэниелу, схватил его за шиворот и повалил на кровать.

Замахнувшись, Эван нанес удар ладонью по лицу Тайги-человека. Тот взвизгнул, вскочил на четвереньки, выгнул спину и зашипел. Глаза Тайги бешенно вращались, тело тряслось, словно от холода, пальцы рук судорожно сжимались и разжимались, комкая одеяло.

– Ах, ты ж, негодник. Немедленно прекрати! – Эван схватил сына одной рукой за шею, вторую занес для удара, но ударить не успел, Мэри подскочила к мужу и повисла на занесенной для удара руке.

– Пошла прочь! – Эван отпустил на какой-то миг шею сына, вцепился в Мэри и оттолкнул ее.

– Прошу тебя! Не бей его! – Мэри снова повисла на руке мужа. Лицо женщины было мокрым от слез. Ее тело сотрясала дрожь не менее сильная, чем и тело того, кто находился в теле ее сына. Но Эван снова оттолкнул ее. На этот раз сильнее. Мэри упала на пол, но быстро поднялась на ноги, чтобы не дать мужу ударить Дэниела. На какой-то миг она замерла, пораженная действиями сына.