Имя Зверя. Том 1. Взглянуть в бездну

Я был совсем молод, искал истину – а он ответил мне, что единственная истина – в постижении своего собственного бессмертия. В нахождении путей обмануть Костлявую. Забыть обо всём. Ничего не желать, ни о чём не жалеть, ни к чему не стремиться. И всё это ради того, чтобы сделаться призраком после своей телесной гибели. Тогда я был совсем юн, о многом даже не задумывался. Например, о том, как этот человек – не ноори, обычный человек, как и ты, – попал на Зачарованный остров. Сюда ведь дорога открыта только избранным.

Сам того не желая, он научил меня многому, но совсем не тому, о чём ты думаешь.

– А откуда ж это тогда взялось? – не отставала Алиедора. – Нам с тобой, дхусс, драться плечом к плечу до самого конца, так что я должна знать!

– Ты или твой Некрополис? – проницательно заметил Тёрн.

– Сейчас я и только я, – не смутилась Алиедора. – Ну так что?

– Это называется школой Беззвучной Арфы, – ответил дхусс, немного помедлив, но без тени недовольства в голосе.

 – Суть в том, чтобы заставить звучать твою собственную музыку, заставить её звучать очень и очень громко.

– И это всё? – фыркнула Алиедора. – Ох наслушалась я таких вот пустых словес! «Твою собственную музыку» какую-то выдумали, которую ещё и «заставлять» звучать надо!

– Я неправильно сказал, – повинился Тёрн. – Магия – такая вещь, что, коль станешь заставлять, – ничего не добьёшься. Просто в каждом из нас – у кого-то громче, у кого-то тише – звучит великая музыка.

Песня творения. Она может быть прекрасной или страшной, может литься нежно и чисто или взорваться предсмертным воплем – но она есть. У каждого, Алиедора, у каждого.

– И что же, – Алиедора сжала кулаки. – Каждый может сделать эту музыку слышимой?

Она ждала сакраментального «да, только надо…» и потом какое-нибудь набившее оскомину переложение прекраснодушных словес фра Шломини. Потому что все они, паладины Добра и Света, на удивление скучны и однообразны.

– Нет, не каждый, – спокойно ответил дхусс, и Алиедоре на миг показалось, что её товарищ по несчастью каким-то образом прочёл её мысли. – Если бы смог каждый, мир, Алли, в один миг стал был кровавым пожарищем. Представь себе: все несчастные, обиженные, оскорблённые, обделённые, бедные – все, решительно все, кинулись вдруг сводить счёты? Да ещё при помощи могущественной магии?

– Решительно все? – Алиедора сама бросилась в наступление.