Темная бирюза 1 - Тропы Подземья

При чем девица явно была не в себе, потому как на вроде бы мирном распределении по каким-то их правилам, сопровождалось все это жуткой магической бойней, грозившей попутно унести жизни вообще всех будущих учеников. Даже не представляю, что у них там творятся за внутренние войны.

Те, кто обрел признание мира, которое почему-то принято там называть звериным именем из-за нового прозвища, что дает мир во время признания, становятся ученеиками Башни. А затем - не важно какого именно магистра, но все такие ученики обретают бессмертие.

Силу перерождаться бесчисленное множество раз, без которой мы якобы не можем противостоять ужасным чужакам из мира-темницы на равных. А, следовательно, даже не живые разумные, а так – ходячие призраки.

Тогда-то я и вспомнил о Пустоте. Вернее, не я. Это она вдруг начала регулярно напоминать о себе. Когда ее забрали в башню, вся моя жизнь превратилась в кошмар. Чувство ноющей боли, словно бы из груди вырвали важную деталь, без которой ты больше не можешь существовать. Пустота подчеркивала каждую мою слабость и напоминала о ней в бесконечных кошмарах.

Если бы я попытался описать тебе пустоту… давай представим, что в твоей голове есть безликий дух, что раз за разом прокручивает все допущенные тобой ошибки, тыча носом в грехи. Представь, что каждую ночь к тебе во сны приходят кошмары, а по утрам живот сводит такой дикой болью, что ты готов пойти уже на все, чтобы только ее остановить. Но и это еще не все. Однажды в твою жизнь придут панические атаки, а ты станешь бояться даже собственной тени.

Пока что я к такому еще не пришел, но все пустотники идут хоть и разными, но слишком схожими маршрутами к своему превращению в настоящего монстра.

Я почти перестал спать, а вместе с тем стало сложно и принимать пищу. В городе, среди таких же лишенных шанса на жизнь из-за чертового признания мира, я узнал о том, что существует лишь два способа на время заглушить эту боль. Убивать разумных и поглощать их эмоции вместе с душами, или использовать черный дым, который гонят местные как наркотическое вещество.

Благо по второму пути как раз пошел один мой знакомый.

Если бы выбор оказался хоть немного шире, я ни за что бы не выбрал дым. Но даже за такой я должен быть благодарен другу, с которым познакомился уже после распределения. Он тоже был пустотником, но скрывался. И он же открыл мне путь черного дыма. Он же, к слову, был ярчайшим примером антирекламы выбранного им пути – несчастный уже тогда был почти сожран алхимической хреновиной изнутри.