Боевой устав гнома

– Откудова будете? – не слишком-то дружелюбно пробасил самый седой из старших гномов, опирающийся на толстую палку.

– Эмигранты из Подтеменья. Скрываемся здесь от преследования и дискриминации.

– Покажите свои документы!

Федор, которому Пунай успела сшить полевую сумку из плотной ветоши, извлек написанный Евронимусом документ и вручил его старосте. Тот глянул мельком, хмыкнул недоверчиво и вернул бумагу комиссару, словно что-то несущественное.

– Почто у нас остановились? Нам тут чужаки не надобны, тем более не гномы.

– Так-то ты встречаешь уважаемого односельчанина, Делпрыго? – ворчливо проговорил картограф, выступая вперед. – Как пировать на мои денежки, так завсегда первый прибегал, а теперь и не узнаешь?

– Отчего же, узнаю тебя, Глоно. Только говорить с тобой неохота, с некромантским прислужником.

– Что ты несешь, старый дурак! – вспыхнул картограф. – Если бы не твои громилы, я бы за эти слова уже нос тебе расквасил, а клюку в задницу засунул.

– А для чего ты его сделал? Для чего летал под небесами? – злобно заорал гном, стоящий слева от Делпрыго. – Молчи, негодник, я сам скажу! Карты составлял для некромантов, вот для чего! Коли не ты, они бы и не знали про наш погост. А теперь шлют сюда своих посланников и вербуют нашу молодежь в АТО! И на других погостах тоже.

Глоно задохнулся от негодования, и комиссар едва успел придержать вспыльчивого картографа от наскока на руководство погоста.

– У них нету моих карт, дядька Бафто! А наш погост уже сто лет всем в Ядре известен!

– Конечно, известен, – гнул свою линию вредный старец. – Ведь ты отправил отсюда депешу некромантам! Похвалялся своим аппаратом и своими чертежами. Не будь ты сыном моего покойного брата, Глоно, я бы проклял тебя именем Тунриды.

Картограф раскрыл было рот, но передумал и дальше ругаться не стал.

– Все прокричались? – спросил Федор, решив взять инициативу переговоров в свои руки. – Может, поговорим спокойно? Мы-то некромантам не служим. Да и Глоно, если разобраться, давно искупил вину. Потерял "Глоноцци", много месяцев трудился стрелочником на далеком переезде. В полном одиночестве, между прочим. Вот ты, – он мотнул головой второму из выступавших гномов, – вроде как его родной дядька.