Земля без радости (Книга Эльтары и Аргниста)

Лииса опрокинула обидчицу наземь, немилосердно дубася кулаками. Опомнившись, гном бросился к дерущимся. Если он не успеет оттащить хуторянку…

Однако же он успел. Правда, лишь в последний момент – основательно помятая гостья, из изящного носа которой обильно сочилась кровь, уже приготовилась к ответному удару.

– Нет! Остановись! Это хутор Аргниста! – крикнул гном в самое последнее мгновение.

Уже поднятая рука медленно опустилась.

– Так-то лучше, презренный. Ты проявил неповиновение и будешь наказан.

– Я свободный гном, – на том же языке, языке Ар-ан-Ашпаранга, ответил Двалин. Он заставил себя сжать кулаки, постоянно борясь со страстным желанием пасть ниц, разрыдаться и, обняв колени повелительницы, униженно молить о прощении.

– Презренный, ты свободен лишь в пределах Древнего Долга, – холодно заметила повелительница, не делая попытки подняться. – И долго я ещё буду тут лежать, презренный?

Тут надо сказать, что слово «презренный» означало не личное отношение незнакомки к Двалину, а подчинённое положение гнома согласно старым заповедям.

Подгорный житель угрюмо протянул повелительнице руку. Грациозно опершись на неё, волшебница встала. Лииса к тому времени уже успела подхватить свои юбки.

– Передай этой низкородной хамке, рождённой в грязи, что ей придётся заплатить за всё очень высокую цену, – надменно приказала повелительница гному. – А теперь, презренный, проведи меня к хозяину этого… этого строения…

Гном заскрежетал зубами.

– То, что ты сделала, не лучший способ подружиться со здешними обитателями, – угрюмо проворчал гном на языке людей. Ответом ему стал лишь обжигающий взгляд, от которого губы Двалина сами собой сомкнулись так плотно, словно их сплавил воедино огонь горна.

Народ, разинув рты, наблюдал за гномом и его спутницей, никто ничего не понимал. Красная, как маков цвет, Лииса куда-то скрылась.

– Доложи же обо мне, как следует в подобных случаях.

Аргнист всё ещё лежал, хотя усилия Сааты и приносили свои плоды. Жизни старого сотника ничто уже не угрожало, пусть он и был всё ещё очень слаб. Двалин постучал в дверь как раз в тот момент, когда Деера кормила мужа с ложки мясным отваром.