Эпоха Завоеваний (Хроники Шандала 2)

Я попытался нейтрализовать его, но это мне было не по силам. Повернувшись к своим спутникам, я предложил объединить наши усилия, чтобы как можно быстрей вырваться из-под купола, потому что дальнейшие действия Нэлле и ее фей, которые собрались вокруг своей повелительницы, напоминали мне о вызове какого-то сложного заклинания. Ничего хорошего для нас в этом не было.

Но едва мы собрались провести контратаку, как в дело вмещался Иван.

– Давайте я попробую, – произнес он.

– Ты? – изумилась Стэлле. – Это «купол фей», его очень сложно нейтрализовать, и тебе одному это не под силу!

– Посмотрим.

Гниммер хмыкнул, но было видно, что он испуган. Вообще, как я заметил, это у гномов прямо-таки национальная особенность. Трястись по любому поводу. По крайней мере, у не особо сильных магов!

Иван вышел чуть вперед и развел перед собой руки, обратив их ладонями вверх. К моему огромному удивлению, он не произнес ни слова. Тем не менее из его ладоней веером ударили лучи слепящего белого света.

Коснувшись купола, лучи растеклись по нему белой рекой. С пронзительным треском купол лопнул и исчез. Стэлле и Гниммер с открытым от удивления ртом смотрели на Ивана.

Феи, трудившиеся под руководством Нэлле, замерли, увидев, что произошло. Верховная фея сначала не поняла, почему ее подчиненные прекратили свою работу, но, обернувшись и увидев, что ее купола нет, совершенно по-детски раскрыла рот!

Лишь один Иван, скрестив руки на груди, невозмутимо смотрел на Нэлле, и на его лице играла презрительная усмешка.

Я даже на расстоянии двадцати метров чувствовал, как в ней бушует гнев! Но на ее лице было не только выражение гнева. Я увидел страх, который она не могла скрыть.

– Как… как ты это сделал? – вырвалось у нее.

– Я предупреждал тебя, не надо решать за меня. Я сам знаю, что мне делать! Или ты хочешь драки?

Стэлле ахнула и сочувствующе уставилась на того, кто произнес эти слова.

Сама же Нэлле стала прямо-таки ярко-красного цвета.

Я покачал головой и приготовился к худшему. Может, Иван и стал суперкрутым волшебником, но нельзя так разговаривать с Верховной феей. Да еще в присутствии ее подданных. Немного дипломатии, и она бы, несомненно, нас отпустила. Теперь же ей не оставалось ничего, кроме как сражаться! И эту мою мысль она тотчас же подтвердила.