Эпоха Завоеваний (Хроники Шандала 2)

Стены были не так далеко, и через полчаса мы уже опустились в густом лесу у подножия северной стены. Устроившись в высоких кустах под огромным вековым дубом, мы стали ждать. Гном был плохим собеседником, так как большей частью разговаривал сам с собой, постоянно бормоча себе под нос неразборчивые слова.

Поэтому я погрузился в себя. Вообще странно, что вокруг места казни не было ни палача, ни охраны, мелькнула у меня мысль, и я задал этот вопрос Гниммеру.

Гном удивленно посмотрел на меня:

– Ну и что? Может, у них обычай такой? Кто этих фей знает!

– Может быть… – согласился я, и в тот же миг перед нами появилась спасенная девушка.

– Еще раз спасибо, – проговорила она, – только все равно в Стране фей я обречена. Меня рано или поздно найдут!

– То есть тебе надо немедленно уезжать отсюда? – уточнил я.

– За что же тебя хотели казнить?

– Долго рассказывать, – сразу помрачнела та. – Это обязательно?

– Вообще-то желательно узнать! – встрял гном. – Я знаю фей. В коварстве им нет равных!

– Да ладно, – мне стало вдруг жаль девушку, – потом расскажет.

Гниммер что-то недовольно проворчал, но не успокоился.

– Интересно, – буркнул гном, старательно отводя от нее глаза, – что ты собираешься дальше делать? Никогда не слышал, чтобы феи жили не в своей стране.

– Да, это очень трудно, – вздохнула Стэлле, – но прецеденты были.

– Хм… – Я не смог сдержать усмешки. Вечно мне в компаньоны достаются какие-то экзотические создания. Теперь вот фея! Хотя оставлять ее жалко. Да и недурна собой. Но сначала дело!

– Возможно, – произнес я вслух, – только ты должна нам помочь!

– Как? Скажите только, как? – Весь вид Стэлле выражал горячее желание выполнить все, что я скажу.

– Меня интересует юноша. Человек. Он вчера был похищен феями и находится где-то здесь.

– Почему же не знаю, конечно, знаю! Иван?

– Иван… – Я был несколько обескуражен таким быстрым распространением новостей в этой стране. Если даже приговоренные к смерти феи знают о похищении.

– Ничего удивительного, – хмыкнула девушка, которую, видно, порадовал мой озадаченный вид, – об этом говорили мои палачи. Вы, кстати, подоспели вовремя. Шел четвертый час казни. Мало кто выдерживает больше пяти.