Эпоха Завоеваний (Хроники Шандала 2)

Денег она не жалела, и вербовщики рыскали по всему королевству. Каждый день под стены города стекались новые маги и солдаты, желавшие служить под ее началом.

В лагере, где Иван находился вместе с первым советником волшебницы, Крэзом, ему было скучно. Заняться было совершенно нечем. Крэз с утра до вечера обучал новобранцев, да и собеседник из него был плохой.

Иван был предоставлен самому себе. Конечно, он тренировался, но метать огненные шары в железное чучело или зубрить необъятных размеров книги заклинаний было муторно.

Еще и отношение Андры портило все настроение.

Он все чаше начал вечерами прикладываться к вину, недостатка в котором не было. Жители близлежащих деревушек каждый день привозили его и нехитрую снедь, продавая солдатам. Золота у Ивана было много, поэтому он ни в чем себе не отказывал. Правда, с каждым разом бочонки, которые он выпивал вечером, становились все больше и больше.

Местное вино чем-то напоминало ему грузинские полусладкие красные вина. Под жаркое, которое служило основной пищей в лагере, шло оно просто прекрасно.

Вот и в этот вечер Иван сидел на большом камне перед шатром, переворачивая обжаривавшегося на вертеле барашка, любуясь чудным звездным небом и не забывая прикладываться к кувшину с вином. Стояла теплая ласковая ночь, и ветер лишь слабыми шорохами напоминал о своем присутствии.

Иван думал об оставленном им мире. Последнее время он часто вспоминал его. Спроси его недели две назад, хочет ли он вернуться туда, Иван ответил бы: ни за что! Сейчас он уже не готов был так ответить.

Это не было бы стопроцентной правдой. Ему все больше и больше хотелось домой. Он не ощущал себя в этом мире своим.

Рядом с Андрей это как-то забывалось, но стоило ему остаться один на один с этим миром, и он уже считал себя чужим для него. Честно говоря, он пресытился романтикой костров, красного вина и грубых солдат, речь которых, обильно пересыпанную крепкими словечками, он наполовину не понимал.

Общались они между собой на языке, который был насыщен сленговыми словечками.

А в остальном суть разговора составляли ругательства, на которые, как понял Иван, язык Шандала, называемый «всеобщим», был очень богат. Даже богаче русского языка, который держал в этом первенство на Земле.

Вот поэтому он и сидел сейчас в одиночестве и хмуро смотрел на небо. Появился Крэз, от которого не укрылось состояние Ивана. Он попытался было развеселить его, но, поняв бессмысленность своих попыток, пожал плечами и отправился спать.