Эльфийский клинок

Им поручили разыскать остатки тех, кто повиновался Белой Руке! Не знаю, что значит «Белая Рука», но карлик сказал, что им было приказано найти уцелевших орков!

– Что… что же это значит, Торин? – пролепетал хоббит, уже сам зная ответ, но боясь себе признаться в этом и по-детски надеясь, что всё, может быть, ещё и обойдётся…

– Это значит, – поднимая глаза на Фолко, медленно и раздельно сказал гном, – что кто-то собирает остатки тех, кто служил Тьме… Неужели кому-то снова захотелось власти над Средиземьем?

Фолко схватился за голову и стал медленно раскачиваться из стороны в сторону, твердя про себя только одно: «Что же теперь будет?»

На плечо охваченного отчаянием хоббита легла ладонь гнома.

– Возьми себя в руки, Фолко! – негромко произнёс Торин. – Надеяться нам не на кого. Мы узнали сейчас известия столь важные, что действовать нужно немедленно. Ни я, ни ты пока не знаем, что делать, но, быть может, если мы посоветуемся с другими, кто способен не терять мужества при грозных известиях, то сможем вместе придумать какой-нибудь план… А теперь в дорогу! Поищем ещё пару часов – и назад.

– А что сделаем с пленником? – спросил Фолко, глядя перед собой остановившимся взглядом.

Хоббит не мог отрешиться от ощущения, что весь его уютный мирок в несколько мгновений рухнул, что его родине грозит новая опасность и что бороться с нею теперь должен он, маленький, не очень ловкий хоббит, которому не приходится рассчитывать на помощь каких-нибудь всеведущих и почти всемогущих волшебников.

– Отпускать его сейчас никак нельзя, – задумчиво проговорил Торин. – Нужно будет добраться до старейшин, выяснить, кто был тот таинственный всадник… Завтра я ухожу, Фолко. Карлика возьму с собой… Идём! Следы пони видишь?

Они не прошли и сотни шагов, как Торин внезапно остановился.

– Что это за частокол?

Между деревьями виднелись высокие, вбитые в землю и заострённые сверху брёвна. Сплошная изгородь спускалась с одного из склонов, перешагивала через ручей с опущенной в русло частой решёткой и вновь уходила наверх, теряясь между бесчисленными стволами.

Они подошли ближе, и Фолко вдруг увидел, что Отпорная Городьба, надёжная, возведённая далёкими предками защита Хоббитании от тревог внешнего мира, перестала быть таковой. Замшелые брёвна тына в нескольких местах подгнили и рухнули; перегораживающая ручей решётка оказалась отломанной с одной стороны; видно было трухлявое нутро её боковых опор.