Глава рода

Вы должны понять, что я обязан был что-то делать, ведь имеющаяся у меня в руках информация требовала проверки.

— Поэтому понадобилось отравить Феофана? — спросил я и искренне рассмеялся.

То, что отец столь быстро признал свою ошибку и даже попытался оправдываться, успокоило меня и придало немало сил.

— Пусть я ребенок, — резко прекратив смеяться, посмотрел отцу в глаза. — Но не стоит считать меня идиотом. Если у тебя были подозрения, ты мог просто рассказать все Феофану и проверить. Твоя цель заключалась в другом! Думаю, что ты хотел убрать от меня единственного верного человека, который может тебе противостоять.

Зачем тебе это? Хочешь влиять на мои решения?

— Мне нужно было проверить тебя. А Феофан никогда не согласился бы мне помочь.

— Отличная логика! — показал я большой палец. — Если кто-то, по моему мнению, не выполнит важную просьбу, то я его отравлю, и это обязательно поможет. Это точно твои мысли. Вероятно, перед приходом сюда ты снова яда Беловой хряпнул?! Что это за чушь?!

— Ты выглядишь довольно убедительным в своем недовольстве, — произнес отец.

— Возможно, книга ритуалов врала или старик не использовал знания оттуда?

— Издеваешься над нами?! — Я начал кипятиться. — Какая, пилки, книга ритуалов?! Не делай вид, что дело в этом и у тебя были какие-либо основания так поступать! Просто скажи, зачем ты отравил Феофана!

— Книга ритуалов Морозова у меня действительно есть, — фыркнул отец и сам начал кипятиться. — И не смей так со мной разговаривать! С чего ты решил, что я буду отчитываться перед тобой?! С чего ты только это взял?! Думаешь, я боюсь этого старика с зубочисткой? Понадобится, и я скручу в бараний рог и его, и тебя!

— Ты сам сюда пришел, — добавив в голос холода, напомнил я ему.

— Не хочешь конструктивного разговора? Тогда иди вон! Но знай: в таком случае можешь больше ни о чем меня не просить. — Заметив, что отец открыл рот, чтобы что-то сказать, я перебил его. — Ни о посещении нужных тебе балов, ни о встречах с какими-то людьми, ни о чем-то другом.

— Я твой официальный опекун до совершеннолетия, — произнес отец настойчиво. — Так что будешь делать то, что я скажу!

— Ты кое в чем прав, — произнес я таким же тоном. — Ты мой официальный опекун. Но юридически, не значит фактически! Тебе не удастся заставить меня делать то, что я не хочу. А при необходимости через год или два я пройду обряд эмансипации. Стану совершеннолетним и буду сам определять свою судьбу.

Глаза отца налились тьмой.