Записки колдуна

В конце концов, когда клиск снова пошевелился, он не выдержал и обратился к ближайшему стражнику:

— Убей его!– Приказал он, но голос подвел и сорвался на выкрик, как у мальчишки. Гвардеец исполнил приказ без промедления и вонзил стрелу, выпущенную из лука, в голову спящего животного. Трусливый принц заметно выдохнул, когда опасность миновала, что отразилось в его поведении и даже речи.

— Теперь он спит крепко,– насмешливо отозвался Даэль,– я вижу у тебя благородное сердце воина,– похвала его звучала вымученно и неискренне,– предлагаю тебе присоединиться к нам и последовать в замок Иаркли, мой отец – король Аэраэль – будет рад гостю.

Ему принадлежат земли, на которых ты стоишь и деревья, и этот зверек,– пренебрежительно указал он на мертвого клиска.

Эльф с копьем откашлялся и нагнулся к уху принца что-то шепча, Даэль даже побагровел от злости, но не стал кричать, как делал это на моих глазах прежде, а лишь испытующе в упор глядел на своего помощника, тот поклонился и опустил голову в повиновении.

— Мой советник сказал, что,– Даэль на секунду замялся,– у тебя неподобающий вид для того, чтобы сопровождать меня, но это не имеет значения,– он усилил голос на последней фразе, коротко взглянув на подчиненного,– для моего спасителя.

— Ваше Величество, я с удовольствием приму ваше предложение, — почтительно кланяясь, проговорил я, однако выражение лица эльфа вновь вытянулось в удивлении. Он мне что-то пропел, но звуки, которыми он изъяснялся, плохо воспринимались в отдельные слова, я прошептал заклинание «лингуарум», уже в сотый раз с тех пор как шел за ними.

— Прошу прощения,– сказал я,– заклинание позволяющее понимать любые языки недолговременное, я хотел сказать, что с удовольствием принимаю Ваше приглашение.

— У тебя в мешочке на поясе я чувствую магическую пыль, и хотя состав ее мне неизвестен, свойства хорошо читаются – она усиливает действия любых заклинаний, осыпь ею свою голову.

Произнося эти слова, он развернулся и подошел к двум телам своих людей, в его лице невозможно было увидеть ни одной эмоции, сожалел ли он об убитых, злился ли он – внешне не было проявления ничего из этого.

Принц Даэль вытянул руку и прошептал какое-то заклинание над обоими телами, в то же мгновение они начали таять, превращаясь в пыль вместе с одеждой и оружием: на месте двух эльфов лежали теперь только камни, которые были вставлены в их лук и копье, эти камни поднял эльф с рубином в копье и убрал в мешочек за поясом.