Записки колдуна

— Знаешь что любопытно,– продолжил я,– что все это мне не показалось странным: я и не обратил внимания на эту перемену, как будто это что-то обыденное.

— Вероятно, ты не первый раз это видишь, и подсознательно знал об этом,– ответила Маэль,– или, быть может, на темной стороне темнота – это норма. Еще я слышала о существовании деревень, точнее небольших поселений, где половину цикла вальмов светит солнце обычно, а на другую половину они используют эти купола, чтобы была сменяемость темноты и света, как когда-то, в старые времена, когда земля еще крутилась быстрее.

Хотя, откровенно говоря, это скорее слухи, чем что-то правдивое, не думаю, что такие поселения действительно существуют, эти купола довольно дорогие для каждодневного использования.

Тем временем праздник уже подходил к концу, океан под нами начал понемногу растекаться, образуя бурные реки на прилегающих улицах; Маэль повела флатку вниз и приземлила ее рядом с тем местом, где происходили главные действия: откуда запускали фейерверки и акробатов и все прочее.

Мимо нас проходили гредки с веселыми лицами, один из них подошел к нам и спросил:

— Вам понравилось представление?

— Очень,– в один голос воскликнули мы,– это было потрясающее зрелище,– продолжила Маэль,– невероятное,– подхватил я.

— Нам всем это чрезвычайно приятно,– несколько смущенно проговорил гредка, обводя глазами организаторов за своей спиной, которые суетились, разбирая всякие вещицы и унося их,– на вас упали световые точки?

— Да,– снова сказали мы вместе.

— Оно и не удивительно,– благодушно улыбнулся он.

— Почему? Что это значит?

— Искра Жизни.

— Что искра жизни?

— Значит, что Искра Жизни в вас есть. Я и говорю, оно неудивительно.

Про искру жизни я не понял, ведь если мы существуем, то живем, то в нас и должна быть искра жизни, но почему не на всех упали эти точки? Я решил спросить об этом Маэль чуть позже.

Я взглянул на Маэль, на ней промелькнула тень страха, задержавшись всего лишь на долю секунды, но я решил, что мне показалось. Я обратился к нашему собеседнику:

— А что это был за праздник, в честь чего?

— Праздник Ночи.

Это древний сакральный праздник в честь света и радости,– ответил он и попрощался с нами, сославшись на большое количество работы. На площади оставались малочисленные гуляки, но, в целом, она уже опустела; над нами, словно пробиваясь из-за облаков, выглядывало солнце, становясь все ярче: снимали купол.

Маэль подняла в воздух флатку и направила над домами и городскими улицами.