Записки колдуна

— Только говорить все равно удобнее,– уже вслух выразил я свое мнение.

— Дело привычки,– равнодушно ответила она.

— Но почему у меня вообще вдруг это получилось, и откуда ты знала, что получится?– спросил я.

— Я и не знала, иногда проверяю тебя.– Она плавной походкой прошла к кровати и уселась на нее.

— Я даже не чувствую себя по-другому,– признался я.

— Думаешь, что когда ты меняешься, то ощущаешь это?– Она улыбнулась,– Это хорошо заметно только окружающим.

— Да ну, не мог же я не заметить какую-то свою трансформацию, тем более, если она привела к тому, что я теперь умею пользоваться телепатией,– возразил я.

— В твоих воспоминаниях даже расстояние от глаз до земли у твоих ног не менялось с детства, но вряд ли ты родился таким высоким.

Я задумался, но все равно не вспомнил ничего:

— Нечестный аргумент, ты знаешь, что мне его не проверить.

— Тогда подумай вот о чем: в какой момент ты превратился из того Эрика, который очнулся в Скёльде в того, который стоит передо мной.

— Я все еще тот самый Эрик и не менялся…

— В таком случае, ты либо мертв, либо лжешь себе.

— Очень умело лгу.

— У тебя отличные инструменты есть введения себя в заблуждения.

— Это какие же?

— Те, что в твоей голове, разумеется.

— Это откуда ты знаешь про мою голову,– с прищуром подозрительности покосился на нее.

— Мы довольно похожи,– я оглядел ее с ног до головы, но различий было слишком много.– Не внешних, Эрик,– укоризненно склонила она голову.– Хотя и внешности у нас не сильно разнятся. Ну а про остальное и говорить нечего.

— Это как?– Спросил я.

— К примеру...– она взяла паузу, обдумывая пример.– Если бы вместо звуков голоса, ты бы общался щелчками пальцев, а видеть не мог бы, исследуя мир только на ощупь. Ты мог бы считать, что все существа перерождаются в высшие сущности при насильственной смерти, поэтому при встрече убивать каждого для их блага, а мог бы верить, что общаешься с планетой, лежа голым на земле.

— Не думаю, что такое поведение указывает на разницу в головах, ведь если бы меня с детства к этому приучили, я бы так и делал,– возразил я.

— Согласна. Тогда эмоции, которые ты явно испытываешь, как и я, могли бы не выделяться совсем, а это прямо изменит всю твою натуру.

— Что ж, ты достаточно убедительна, не могу этого не признать, жаль, что поддержать аргументами этот разговор у меня нет возможности.

— В общем, к чему я это все говорила, ты не можешь заметить изменения в себе, как это бросается в глаза окружающим.