Шут

Не сказать, что беседа с парнем, способным создавать воздушные проекции прошла очень сложно.

Их группа обнаружила воришку прямо в банке. Тот прикрывался десятком миражей. Но Светлячок быстро разрешил ситуацию – один щелчок пальцев, и яркая вспышка, озарившая всё помещение банка, полностью дезориентировала иллюзиониста. А вот его творения продолжили выполнять шаблоны, будто и не было волны света, слепящей любого зрячего.

Уже через час вся команда вернулась в отделение вместе с вором. Шута на месте не обнаружилось.

С линии телепатической связи он пропал.

Последнее обеспокоило Игоря Аркадьевича настолько, что он лично поехал к заброшке, возле которой Артёма видели в последний раз.

Что удивительно, там их блудный командир и нашёлся.

После окрика шефа, Артём поднял на них глаза полные такой невыносимой боли, что сердце Ники едва не разорвалось.

- Клео? – удивление в голосе Игоря Аркадьевича было сродни грозе в феврале – явление редкое и пугающее. – Прекрати свои фокусы!

- Ладно, - голос женский мягкий, глубокий, ласкающий слух.

И в этот же миг кошка, до того с любопытством взирающая на мир с колен Артёма, пошла рябью трансформаций. Мгновение спустя взору всей присутствующих предстала чертовски сексуальная и совершенно обнажённая девушка.

Ещё пару фраз между шефом и метаморфом Ника попросту пропустила. Зато она заметила, как преобразился взгляд Шута. Горечь и боль вытеснялись животной яростью. Но не успела Попрыгунья испугаться, как и ярость ушла, оставив место ледяной сосредоточенности.

Артём закрылся окончательно. Теперь те редкие проблески скрытых эмоций, что иногда чудились Веронике в его глаза, совершенно исчезли.

Новым потрясением, спустя не одну неделю нормальной, по нынешним меркам, жизни, стал визит иномирца. Рафаел Тарер встряхнул всё их отделение, в одиночку разделавшись с тремя боевиками.

Светлячок тогда был очень зол. Поэтому случавшийся у них время от времени секс этим вечером был наполнен яростью и страстью.

А утром, встретив Артёма, Ника поняла, что он знает.

Может, догадался, может, услышал, может, почувствовал. Не важно. Просто во всё таком же ледяном взгляде было что-то сложно читаемое. Презрение? Печаль? Ненависть? Попрыгунья не могла разобрать.

И вот они мчатся по зимней дороге на быстрой как молния машине. Они втроём.

Артём, своего отношения к которому Ника никак не могла понять. Со Светлячком её связывал только секс, отличный, надо признать, но без романтики. Просто взаимное удовлетворение потребностей.