Слуга вечности 2

Он зашел в небольшой, но уютно обставленный кабинетик и поставив бутылку на стол, присел.

– Переживаешь и хочешь узнать, что я отцу рассказала в деталях? – произнесла Верена, закрывая за ним дверь и садясь за стол.

Гордей повертел головой, демонстрируя, что она все еще находится на шее.

– Башку мне Георг не открутил, значит ты не раскололась.

– Раскололась?! Да ты бы слышал, как я твои подвиги расписывала. Сама в процессе рассказа два раза слезу пустила! Ты, оказывается, такой герой!

– Я-то? Я дааа.

– Но на самом деле ты угробил дело всей моей жизни.

– Перестань! Ты знаешь, что Яне было от тебя нужно – чтобы ты наклепала ей для Эво бойцов.

– Но она позволила мне попытаться…

– Заранее зная, что эта попытка обречена на провал! – Гордей не стал дослушивать доводы Верены, – как ты могла вообще к ней сбежать, зная про историю с мамой…

– Не лезь в эту историю! Никогда! – настала очередь девушки перебить Гордея.

Возникла неловкая пауза. Каждый из собеседников с трудом сдерживал ­­рвущиеся­ наружу обидные слова.

– Вообще я еще кое-что пришел спросить. На тему отцов и детей, – видя, как Верена напряглась и поджала губы, Гордей торопило добавил, – на тему своих отцов. Скажи, если ни у матери, ни у отца нет дара, то мог бы я белым магом родиться?

– Исключено, – ни секунды не раздумывая сказала Верена.

– Точно?

– Железно. Даже если у них нет проявлений магии, то на блюдце они все равно светиться должны были.

– Весело, – Гордей налил в бокал шампанское, и даваясь пузырьками и пеной выпил его почти до дна.

Верена подлила ему еще.

– Ты из-за своих переживаешь? Зря. Ведь не важно кто родил…

– Не начинай, – остановил ее Гордей и влил в себя второй бокал.

– Ты пока посиди, пострадай. А я сейчас приду, – тетенька встал из-за стола и направилась к двери, оставив Гордея одного пялиться на стену и осознавать, что люди, которых он двадцать шесть лет считал своими родителями, на самом деле ему отнюдь не родня.

Вернулась Верена и помахала отличным средством для приведения мыслей в порядок – бутылкой марочного коньяка.

– У отца из бара сперла, – сообщила она, откручивая пробку, – для всяких острых тем коньяк подходит лучше, чем шампанское… ого! А ты уже бутылку приговорил?

– Да что там было пить, – Гордей поболтал золотистую жидкость на донышке бокала и одним движением отправил ее в рот.

Верена поставила на стол коньячные фужеры, которые тоже принесла с собой и щедро наполнила их наполовину.