Битва Света и Тьмы

Какое-то время спустя она заметила двоих подозрительного вида мужчин, которые прикатили на чёрной машине и, провернув какой-то трюк с домофоном, прошли внутрь подъезда. Даша прильнула спиной к фонарному столбу и уткнулась взглядом в экран.

Она увидела, как в поле зрения камеры появились те двое – в майках, джинсовых шортах и тёмных очках, подошли к двери… один присел и начал ковыряться чем-то в замке. «Засаду хотят устроить», – поняла Даша, досмотрела видео взлома квартиры, вызвала на адрес полицию и пошла прочь от своего дома, где теперь больше не могла чувствовать себя, как раньше, защищённой.

«Пусть узнают, что бывает за проникновение в чужое жилище, – думала девушка. – Считали, что самые крутые и им ничего за это не будет? А вот и будет! Не нужно недооценивать таких, как я, подростков: мы ведь можем и ответить».

А по дороге на остановку она достала также взятый с собой драконофон и активировала установленную ещё весной нелицензионную программу.

Даша и до этого не собиралась навсегда бросать своих Сказочных драконов.

Чтобы не заставлять своего любимца, Чёрного Махлилгла, постоянно летать вдали от родной пещеры, высматривая «хозяйку», она купила для него ошейник с радиобрелком, – как для собаки. Повесила дракону на шею и постепенно обучила того, когда брелок завибрирует, прилетать в определённое место.

Туда, куда Даша ехала сейчас.

В примыкающий к городу заповедник «Столбы».

2

Полицейские «уазики» мчались по шоссе в направлении города. Судя по тому, с какой быстротой проносились в окне деревья, ехали мы километров сто в час, а может, и больше.

Менты держались у верхней границы разрешённой скорости, но я подумывал, что они способны и перейти этот предел… если машины выдержат.

Хотя бы не тормозили резко и окно из-за жары не закрывали, так что меня, к счастью, не укачивало. А какое было бы искушение залить содержимым желудка всю машину…

Я сидел на неудобном, обитом чем-то непонятным сиденье, периодически разминал запястья в наручниках и с горечью думал о том, что сам себя загнал в эту ловушку.

Ведь если Штинк решил бороться со мной с помощью официальных органов, то это значит, что меня он считает одним из самых опасных своих противников. А если я бы не мелькал в основных заварушках между драконниками и викингами в последние два года, то и нужды так меня «гасить» не было бы. Обошёлся бы чем-нибудь другим…

Думая об этом, я стиснул и тут же разжал зубы.

Нет, я бы так не смог.