Битва Света и Тьмы

Ведь ясно, что это всё не навсегда и рано или поздно мы помиримся, как старые знакомые. Если ей больше нравится Стас, – ну и ладно! Всё равно с белыми волосами и своей новой жизненной позицией Ульяна привлекает меня ощутимо меньше, чем когда-то.

Нед написал мне, что тоже в курсе. По его словам, весть о смерти Ларса раздула панику в Д-сети ещё сильнее. Стали высказываться опасения насчёт устойчивости власти и в Федерации. В общем, возникало ощущение близящейся революции.

«Теперь-то уж президент обо всём узнает», – ответил я Неду и изложил ему свои догадки.

Чтобы не печатать при езде, пришлось воспользоваться голосовым вводом.

«Может быть, – пришло сообщение. – Но это неточно».

«Конечно, неточно! – с лёгким раздражением подумал я. – Highly likely, almost certainly… как это ещё сказать?.. Это же очевидно!»

Однако доказывать свою точку зрения я не стал. Ведь даже самая очевидная версия не может считаться подтверждённой, если нет чётких, неопроверживых доказательств. А их у меня, увы, не было.

«Но завтра, когда вся эта мутня взорвётся и начнёт утихать, я отправлюсь на их поиски», – решил я и чуть прибавил скорости.

Первая полоска сотового сигнала уже не появлялась на время, а, наоборот, пропадала. Но говорить нормально всё ещё было никак.

Вилле тоже не отзывался, а с ним и Элиза. Я подумал, что эти двое последние полгода не отходят друг от друга. И в этом случае кто мы все такие, чтобы привлекать их к своим затеям? «Мы драконники, – напомнил я себе. – Мы все повязаны тайной реального существования драконов.

А значит, если появляется угроза нашему спокойному бытию, мы должны вместе встать на защиту того порядка, который нам ближе».

«Но что плохого может случиться, если раскроется правда о драконах? – прошелестел в голове внутренний голос. – Ну, словлю я хайп. Ну, придётся рассказать всем бывшим знакомым, что со мной стало. Может, начну платить налоги с «робопарка»…»

«Если такое и будет возможно, то не сейчас, – ответил себе я. – Если я опубликую ролик с рассказом, во-первых, мне мало кто поверит, а во-вторых, «Бхаггару» станет ясно, что я принял их условия и мной можно и дальше вертеть, как угодно.

Нет, только не сейчас. Время неподходящее».

И, приняв решение, я посмотрел вдаль и чуть вверх, в сторону висящего над трассой жаркого летнего солнца. Оно молча взирало оттуда на меня, маленького человечка, движущегося куда-то, где я мог завершить ещё один этап приготовлений к тому, чтобы начать, наконец, уже двигаться к настоящей цели.