Семир и пророчество эльфов

Семир хотел спросить, владеет ли Нардингэль таким кристаллом, и что делает мага сильным или слабым, откуда вообще берется его сила... но деревья, увитые плющом, расступились, и мальчик ахнул. Перед ним раскинулась долина, обрамленная горными отрогами: справа - поросшими лесом, слева - безжизненными и голыми. Долину изогнутым клинком рассекала река, недалеко от путников разделявшаяся на несколько рукавов. Отряд переехал мост, каменный, явно древний, с высеченными на нем позеленевшими от времени рунами, и направился к невысокому холму, из которого торчали изъеденные ветром и дождями колонны.

Отряд приблизился к руинам из белого камня, и Семир увидел массивный, высеченный прямо в скале, вход, по краям которого, как мелкие мураши, сбегали цепочки эльфийских рун.

Эльфы спешились. Семиру помогли слезть со скумма, и мальчик остановился у входа, ожидая остальных. Животных привязали к одному из раскидистых деревьев, и отряд замер за спиной у мальчика.

- Здесь покоятся останки Сильванара-прародителя, величайшего из эльфов, – заговорил Нардингэль негромко и торжественно. - История Хаздора длинна и полна тайн, но в ней, как вехи, сияют деяния таких вождей, как Сильванар. Тогда мы, эльфы, были еще молодой расой, и города этой земли населяли совсем другие существа. Многие из них исчезли в войнах или ушли, затерявшись в горах и болотах, другие стали прародителями орков и огров, гоблинов и горморгов... Тогда Хаздор был намного больше заселен, чем сейчас.

Семир слушал, разглядывая то руины, то воинов. Несмотря на суровые, непроницаемые лица эльфов, Семир чувствовал их страх перед этим местом, и он исподволь передавался мальчику. Отчего они боятся? Что скрыто там, в гробнице? И как им может помочь то, чего боятся такие воины?

- Великий Дагнир создал этот мир и еще другие, о которых мы мало что знаем.

Нардингэль прервал речь и оглядел воинов.

- Всем приготовиться, - уже другим тоном сказал он. – Наш друг Семир плохо видит в темноте, поэтому смотрите в оба!

Затем он что-то добавил, уже на языке эльфов, и мальчик не мог ничего понять.