Небесный Трон 1

Ведь даже поход в соседний город мог быть опасен, а переход через множество диких зон на пути в Ривеертун без достаточного количества воинов минимум Закалки Сердца был просто безумием.

– И что же это за лекарство?

– Я не знаю.

– А какой ингредиент?

– Тоже не знаю, – нахмурилась Улия. – Последнее время дедушка странно себя ведет…

И это было правдой. Даже Кай заметил, что в последние месяцы Джонго стал каким-то скрытным и вообще редко появлялся даже перед ними, проводя время в своей второй лаборатории, что находилась в подвале.

Старик Джонго даже отказался принимать больных, и это сейчас, когда из-за холода и снега их стало очень много в Кальтии. Для ушлого лекаря это выглядело очень странно и неестественно.

Как-то однажды Каю стало настолько интересно, что же в подвале такое, заставляющее старика не появляться по несколько дней, что он решил проникнуть внутрь.

Ведущий в подвал люк оказался невероятно прочным системным предметом Земного ранга с пассивной способностью к маскировке. Даже наполненный энергией меча клинок Кая не смог поцарапать проход.

Чуть не повредив свое оружие, парень успокоился и перестал интересоваться таинственным подвалом.

Сам же Джонго использовал известные лишь ему манипуляции с энергией внутри люка, чтобы открыть его. Конечно же, Кай мог подсмотреть это действо с помощью своего особого зрения, вот только было одно "но".

Старик, находящийся на ступени Закалки Души, мог с лёгкостью ощутить местоположение любого человека в радиусе нескольких метров и даже почувствовать чужой взгляд. А учитывая, что сам люк находился в его первой лаборатории, где даже окон не было, то сделать это незаметно и думать не стоило.

Выйдя на Торговую улицу, которая даже в такую погоду оставалась многолюдной, все четверо услышали гневные крики. Посмотрев в ту сторону, они смогли увидеть, как десяток мужчин в тёмных одеждах с желтыми полосками расталкивают всех остальных, стараясь поскорее пройти.

Всё же каждый в городе слышал про эту расцветку, а если и были те, кто не знал, то именные медальоны на груди у каждого пробежавшего мужчины доходчиво предостерегали желающих перейти этим людям дорогу. Ведь нравы семьи Йони славились на всю Кальтию.