Целитель. Чужая война

Но, в этот раз, постоять в стороне не получится, поэтому, я просто спокойно произнёс:

— Мы не будем спрашивать тебя, старшина, просто поднимемся втроём… — перехватил напряжённый взгляд Льёта и поправился: — То есть, впятером, и уйдём. Нас не держит здесь никакая клятва.

— Вшестером, — тут же откликнулся Хельги.

Кто бы сомневался. Этот крепыш прилип к кузнецу, как пиявка. Уж не знаю, в чём причина, в Фритте или чём-то другом, но палкой не отгонишь его. Хотя, обузой точно не будет.

План ухода мы обсуждали с того самого дня, как меня посетила безумная идея угона магической скотины у противника.

Знали же, что старшина будет против, вот и планировали. Хотя, если так посмотреть, то большинство только за безумное мероприятие. Даже жалко, что о демократии здесь никто и не слышал ничего, а то бы можно было устроить референдум, объявить импичмент, руководству и перехватить бразды власти.

Что-то понесло меня не в ту степь, видно от нервов.

— Так что, старшина?

Снор только угрюмо посмотрел на нас. Видно осознал, что никто с ним меряться авторитетом не будет.

А если мы уйдём, кем он командовать будет? Медведями что ли? Но самому признаться, в твердолобости гордость не позволила, повернулся к дочке лорда:

— Госпожа, ваше слово. Здесь, пока, вы правительница.

Даже поклонился. Вот лис! Прямо мадридский интриган. Надеется, что ошарашенная предложением Эидис даст нам отпор. Он же не знает, что это только я от неё подальше держался, а Йорг пару раз очень даже задушевно успел побеседовать. Да и Фритта, которая при правительнице стала кем-то вроде служанки, постоянно вела скрытую пропаганду.

Ну а как вы хотели? Нам же нужно было, чтобы план стал реальностью, а без обработки начальства, об этом не стоило и думать. Вот и позаботились.

Леди ответила не сразу. Задумалась. Я даже беспокоиться начал, вдруг передумала. Тогда, ведь, придётся бросить, в том числе и её. А мне, признаться этого не хочется… Я же её не для того, вытаскивал из всех передряг чтобы бросать посреди леса. Как-то это… неэтично свсем.

— Я думаю, — наконец произнесла Эидис, — что пойти в бой, зная, что не победишь – верх отваги и смелости и это достойно воинов моего отца, но… я не отец. И я считаю, что сделать то, что никогда не делали другие, не менее достойно. За всю историю войн с Тёмными, никто даже подумать не смел о том, чтобы захватить дракона, а эти двое говорят об этом так, будто бы хотят украсть деревенскую козу. Боги любят наглецов, именно поэтому, моё слово за них, Снор.

Вот это речь.