Аспирра: таланты Мудреца

Он продолжил говорить, подождав, пока стихнет всеобщая радость:

— Времена меняются, и нам пора сменить эти опустевшие торговые тракты на что-то более значимое! Хватит бессмысленно тратить время! С завтрашнего же дня мы отправляемся в центральные земли королевства — туда, где ветра свирепее, Пасть Бездны темнее, а богатств и золота в несколько раз больше!

Люди вновь истошно завопили, скаля зубы и восторженно ревя.

— Север станет нашим! Как и те земли, что были до него! Мы явимся туда ночным кошмаром, не знающим ни жалости, ни сожаления! И люди либо преклонятся перед нами, либо же сгорят!

Едва заметного движения пальцев Кормаку хватило, чтобы всколыхнуть все костры на поляне и поднять огненные столпы ввысь, являя своей Семье благословение самого Отца Хаоса.

Когда всеобщее веселье стихло и разбойники вернулись к своим житейским делам — пыткам и выпивке, — он снова опустился на землю перед костром, тяжело выдохнув через ноздри.

— Поверить не могу, что они верят всему, что я говорю, — пробурчал Кормарк.

— Ты обманываешь их, — грустно подметила подруга.

— Да. Но они даже не догадываются, кто я такой на самом деле. И обещанное богатство я смогу им дать, только если семья примет меня обратно, а не изгонит из королевства.

— Они не знают, кто ты, но зато я знаю, — улыбнулась девушка. Придвинулась к мужчине и нежно поцеловала его в обожженные губы. — И знаю, какой ты внутри.

Он бережно провел изувеченной рукой по ее лицу — красной на фоне ее бледной кожи.

— И мне большего не надо.

***

На рассвете, едва красное солнце поднялось над мягкой морской гладью, мы вошли в порт Вэнгарда, главного из Островных городов.

Вэнгард еще на подходе пленил своей ужасающей красотой: над водой нависали гордые башни, вздымались высокие каменные стены, громоздились каменные кубы и плиты. Этот город был построен руками тех, кто был до нас и знал больше, чем мы все. И потому до сих пор не обрушился в море.

Стоило борту «Аспирры» со скрежетом удариться о широкий каменный причал, как команда тут же рванула приветствовать землю, восклицая, смеясь и ругаясь, забывая про дисциплину и обязанности.

— Да будь я сожран Пастью, если сейчас же не выпью! — взревел корабельный кок, сойдя на сушу, — тот самый мужик со шрамом поперек лица.