Аспирра: таланты Мудреца

Поначалу я просто наблюдала, как бесчисленная колония возводит свой дом, таская палочки и тростинки, как охотится и приносит добычу. А потом, когда мне это наскучило, я стала приходить к муравейнику лишь для того, чтобы разворошить его палкой и внести разнообразие в унылую жизнь тружеников-муравьев, посеяв смуту и хаос.

Вэст-Моррон мало чем отличался от разворошенного муравейника: стоило небесному светилу коснуться первыми лучами белых крыш, как торговцы, копошась, толкаясь и ругаясь, вырастали на широких дорогах, словно грибы после дождя, в суматохе расставляя свои лавки и палатки, стараясь занять лучшие места.

На рынке средь пестрых лотков и навесов и правда можно было найти все что угодно: от тканей, одежды, мечей и пряжек до глиняных кукол, стеклянных бус, расчесок и даже зеркал — все это лежало на прилавках, ожидая своих покупателей. Однако Пасть Бездны раскрывалась после полудня, когда на улицы выходили гости города, стекались отбросы, нищие и слетались мухи.

С утра все занялись делами: Кальд с дядей Сэйданом ушли не то в порт, не то в банк, Ранко бесследно исчез из дома после двух стаканов медовухи, Бахар со стариком Кайзеном отправились на рынок за едой, а лекарь Иоши повел куда-то Сезарию. После того как эти двое встретились на причале, их было друг от друга не оттащить.

Урия — загадка для меня, но не такая таинственная, как Кормарк Бритс, который неожиданно настиг нас с Йеном в тенистом закоулке.

Признаться, из-за своей столь явной враждебности новоявленный принц Стармора мне даже понравился. Бугай, метра под два ростом, закутанный в черную ткань. Лицо — жуть, будто кусок неразделанного сырого мяса, а в синих глазах с бурей сражались бескрайние океаны.

И все бы ничего, если бы он не заговорил про «особые книги».

— Что ты знаешь? — спросил он так, что у меня поджилки затряслись, хоть я и виду не подала.

Повезло, что подоспел старый Берген и увел меня оттуда, приговаривая, что не зря дядя Сэйдан попросил его за всеми присматривать.

У Кальда же лицо осунулось и помрачнело, когда я рассказала ему про Кормарка и наш странный разговор.