Костяной Скульптор. Том 5

Или, может, мне говорить про это не стоило… надо было что-то сделать с головной болью. После нескольких секунд старательного мыслительного процесса вспомнил, как лечил раненное плечо.

И где-то с третьей попытки получилось активировать Изменение, направив энергию в череп. Полегчало очень быстро. Буквально через минуту мир перестал шататься, мысли прояснились, а к горлу перестала подступать тошнота. Во рту, правда, остался гадкий привкус, но это уже было не так важно.

А ещё при взгляде на обнажённые формы помиравшей от похмелья проститутки появилось недвусмысленное желание.

Вчера у нас, может, что-то и было, но после попадания в бордель я ровным счётом ничего не помнил, и физиологическая потребность вкупе с банальным любопытством стали серьёзным доводом повторить.

Хотя, немного подумав, я решил перетерпеть. Девка почти ничего не соображала от головной боли, и это было бы всё равно как с куском мяса сексом заниматься. У меня ещё будет немало возможностей. В конце концов, я теперь неплохо зарабатывал.

И пить я так больше не собирался. Хватит нашему фургону одного алкаша. Кстати об этом… натянув штаны, я подошёл к столику.

— Найс, сволочь!

Бутылка из-под настойки жизни, разбрызгивая по сторонам остатки золотистого пойла, пролетела пол комнаты и угодила слепому точно в лысый затылок. Тот от такого обращения лишь недовольно хмыкнул и перевернулся на спину, скрывшись от меня за занавеской. Ничего себе… сколько же он вылакал? Точно куда больше меня.

Откинув в сторону полог и с некоторым внутренним недовольством обнаружив, что у Найса под боком спали аж две шлюхи, я схватил слепого за торчащую из-под одеяла ногу и с силой дёрнул на себя. Энергия увеличивала силу, но вес тела при этом оставался неизменным.

Так что восьмидесятикилограммовый бородач слетел с кровати и, преодолев по воздуху пару метров аки птица, рухнул спиной на тот самый столик. Изящная мебель такого обращения не выдержала, ножки подломились, и после первого падения Найса тут же ждало второе.

И это всё-таки привело слепого в чувства.

— Ты чего творишь, гадина?.. — застонал он, переваливаясь на бок и с трудом вставая на четвереньки.

— Сам виноват! — вытащив из дутой вазы букет летних цветов, я с удовлетворением вылил воду Найсу на лысый затылок. — Нечего было так напиваться!

— Это было закрепление нашей дружбы! — выдал он, отплевавшись и вытащив из-за уха оставшийся в вазе слишком короткий цветочек.