Копатель

По внешнему виду и не скажешь, что это помещение находится внутри шахты.

— Слышал, вчера ты добыл аж одиннадцать телег. В итоге вышло на одну больше, чем требовалось. Кому скажу, не поверят. Даже сильнейшие рабы за день больше двух с половиной тележек не собирали. Мне крайне интересно, как у тебя это вышло? — арахнид посмотрел на меня, помолчал, зажёг сигару. — Ну да ладно. Не хочешь говорить и не надо. Мне главное, чтобы ты показывал результат. Остальное неважно.

Арахнид выдвинул ящик стола и достал оттуда пучок трав не первой свежести.

Какие-то даже завяли и пожелтели.

И ради этого я столько напрягался? Меня просто распирало от злости. Одна только мысль, что при всей своей силе я должен сдержаться, сводила меня с ума. Всё, что я мог сделать в данный момент, — это бросить злобный взгляд в сторону арахнида.

— Бери и иди. Ты выполнил условие, а значит, заслужил свою награду, — выдохнув дым, командир указал на дверь.

Выйдя из кабинета, я простоял с минуту, словно вкопанный.

Я чувствовал себя обманутым. Это явно не стоило того.

— Что встал? Живо работать! Думаешь, пару раз побывал в кабинете начальника и стал каким-то особенным? Ни хрена! Ты всего лишь обычный раб. Был, есть и будешь. Так что пошёл отсюда сам, пока я тебе не помог! — разорался подошедший ко мне надзиратель.

Своим криком арахнид привёл меня в чувство. Подойдя к рабочему месту, я взял на руки Селену и пошёл вместе с ней в тоннель, который раскопал за последние несколько дней. К тому же достаточно глубоко, чтобы внутри можно было скрыться от посторонних глаз.

Я усадил девушку на землю.

— Вытяни ноги. Покажи, где там у тебя раны, — с важным видом сказал я.

— Что ты собираешься...

— Давай без вопросов. Просто делай, что прошу, — прервал я Селену на полуслове. — Это лекарство поможет поставить тебя на ноги. Осталось только пережевать и приложить к ране.

— И где ты такое вычитал? Это ведь бледная лирейница. Если ты её прожуёшь, потом несколько дней не сможешь контролировать мышцы лица.

Но это не самое страшное. Пускай больному человеку лирейница помогает, но на здорового действует как яд. Не хочешь отравиться, дай её сюда! — девушка вырвала пучок из моих рук. Хоть она меня и ругала, в её словах не чувствовалось никакой надменности или злости. Больше похоже на то, как мать отчитывает своё дитя.

— Это ещё что? — Селена вырывала из пучка пожелтевшие листья, при этом не забывая ругаться на незнакомом мне языке.