Копатель

Изо рта краснокожего выпирала пара длинных клыков, которые сильно выделялись, когда он ехидно улыбался. Но внешность — это мелочи. Важно то, что этот котяра пытался меня ограбить. Последние несколько часов я усердно трудился, а этот уродец просто наблюдал и выбирал жертв среди других рабов.

— Знаешь, старший, а может, тебе было бы лучше помахать инструментом? Авось разомнёшь свои косточки! — ещё чего, чтобы я кого-то посадил на свою голову? Пускай ищет других простаков. А то тоже мне, решил напугать ежа голым задом!

— Ну как знаешь.

Из смотровой временами показывался надзиратель, чтобы проверить, как идёт работа. Видимо, именно поэтому котяра не стал напирать. Если бы сейчас началась драка, несомненно, на шум прибежал бы надзиратель, а если не повезёт, то командир. Не думаю, что за такое нас бы похвалили.

— Парень, зря ты так с ними обошёлся, — шёпотом обмолвился один из рабов. Этот парень уже успел привлечь моё внимание своим необычным видом.

— Спасибо за предупреждение, — искренне ответил я. Несмотря ни на что, этот получеловек не вызывал никакого отторжения, а скорее притягивал. — Может, с моей стороны это прозвучит не слишком вежливо, но скажи, к какой расе ты принадлежишь? Сколько на тебя ни смотрел, понять не смог.

— Ха! Какой ты забавный! — словно завсегдатай трактира, опившийся медовухи, засмеялся собеседник. Я не понял, что творится в его голове.

— Что тебя так рассмешило? Вроде бы я задал обычный вопрос...

— Да просто ты первый, кто спросил об этом за последнюю пару лет. Обычно рабам в шахтах совершенно не до того, чтобы знакомиться или вести хоть какие беседы. Им бы успеть выполнить дневную норму, чтоб с голоду не помереть.

— Ну так кто ты такой? Какой-то вид паука или, скорее, арахнид?

— Что ж, утолю твоё любопытство, — мужчина положил свою кирку на плечо и глубоко вздохнул.

— Нет, не особенно... — ответил я.

— Говорят, что арахниды — это потомки богини Арахны. Она повелевала тьмой, ядами и, в общем то, была крайне коварной сущностью. Несмотря на это, Арахна обладала несравненной красотой. Любое разумное существо при виде неё сразу же падало к ногам.