Копатель

У союза двух полулюдей это работает иначе: ребёнок перенимает расовые черты одного из родителей, потому мы и не встретили ни одной химеры. Их просто не существует.

— Получается, что из-за таких союзов здесь не возникает распрей?

— Может, из-за расовой принадлежности — нет, но вот из-за социального статуса наверняка возникают, — она легонько кивнула в сторону мальчика-оборванца. — Ты ведь сам видел трущобы и бедняков по пути сюда. В любом большом городе, как этот, будет похожая ситуация. Всегда есть сильные и слабые, бедные и богатые, талантливые и бездарные.

Я молча слушал. Временами Селена несмотря на то, что мы были примерно одного возраста, выдавала слишком серьезные мысли. О подобных материях мне и думать не приходилось.

— Кх-кхм! — привлёк внимание Боракс. — Я понимаю, что у вас очень важный разговор, но поспрашивав тут у прохожих, узнал, что неподалёку есть дешевый трактир. Не знаю, получится ли там расплатиться чем-то из имеющегося у нас, но проверить стоит.

— Да, спасибо! — сменила тему Селена.

Через несколько минут мы стояли на пороге двухэтажного здания. У входа висела вывеска с изображением пары кружек, а изнутри слышались весёлые крики и топот. Недолго думая, вошли внутрь.

— Добрый вечер! Мы хотели бы снять комнату на троих. Чем у вас в городе принято расплачиваться?

— Приезжие, что ль? — раздутая, словно пивная бочка, женщина за стойкой осмотрела нас с ног до головы. — В Антране пользуемся стандартными медяками, серебром и золотом.

Баба пуще прежнего надулась от гордости. Мне показалось, что из коровьего носа пошел пар, настолько сильно она оживилась, пока расхваливала свой город.

— А если мы пока не успели разменять вещи на серебро да золото? — поинтересовался арахнид. — Выйдет ли как-нибудь расплатиться?

— Говоришь, нет монеток? Ну так сходи да выменяй! Вон он в самом углу сидит, пиво хлещет, с козлиной бородкой и рогами, меняла наш.

— Благодарю вас, о прекрасная дева! — от слов Боракса толстушка порозовела.

— А ты, оказывается, у нас тот ещё обольститель! — легонько толкнув локтем в бок, шепнул я арахниду.

— Элементарная вежливость, ничего особенного, — отмахнулся напарник.

Мы подошли к дальнему столику, и все трое уселись напротив обменщика.