Последний Адепт. Кулак трех царств

Там было написано, что у тебя серьезная детская травма, связанная с материнским отчуждением.

Коста шел молча. Он лишь жалел, что оставил наушники в рюкзаке.

- Ты писался в кровать до девяти лет.

- Бывает.

- Ты замучил пса.

- Он хотел на меня напасть.

- И поджог занавески.

- Это вышло случайно.

Лейта посмотрела на Макдалова, а тот не спешил встречаться с ней взглядом.

- Знаешь, что это все напоминает? - спросила, наконец, она.

- Прекрасно, - пожал плечами Макдалов. - успел наслушаться в… учреждении, куда меня и отправила Мария.

Задатки социопатического расстройства личности с психопатическим уклоном… или как там это будет звучать по-научному.

- Примерно так и будет.

Макдалов вздохнул. Лучше бы она пыталась отправить его на тот свет, чем высушивала то немного серое вещество, что удалось сохранить после всех этих мозгоправов, препаратов и процедур.

- К чему вы клоните?

- Просто пытаюсь понять, - теперь плечами пожала уже сама мисс Лейта. - не попал ли ко мне в класс социопат-эспер. Еще и…

Она не договорила.

У всех есть такой момент, когда на лицо может опустится забрало. Черта, после которой даже самый выдержанный и холодный человек потеряет самообладание. У кого-то эта черта лежит прямо на поверхности и дотянутся до неё не составляет труда.

У большинства - спрятана в глубине. Убрана так далеко и заперта так надежно, что человек о ней даже не вспоминает. Не вспоминает о монстре, который живет у него внутри.

Коста держал своих демонов на коротком поводке. Вот только последние события явно этот поводок ослабил.

- Это был несчастный случай, - спокойно, как только мог, он же действительно - не социопат, произнес парень. - Отец не справился с управлением. Мы врезались. Я руль не трогал.

- Запись с дорожной камеры показывает обратное.

Камера… проклятая камера. Камера, которая стала причиной его мытарства по спец-лечебницам и то, что его ма… та женщина, что родила его - больше никогда к нему не прикасалась. Не обращалась по имени. Старалась даже не смотреть в его сторону.

И, только выдалась возможность, выслала куда подальше.

Причина, по которой на Косту в течении многих лет смотрели, как на бомбу замедленного действия.

Отцеубийца.

- Да не дрейфь, - Лейта хлопнула его по плечу и, не будь Коста эспером, этот жест явно отправил бы его в больницу с вывихнутым суставом и сломанной ключицей. - Я своего отчима зажарила, когда мне было лет… десять, или одиннадцать. Не помню. Сраный педофил думал, что может меня изнасиловать.