Пламя Огнедола

Райз ворвался в купальню за секунду до того, как водяные хлысты распороли бы пар, метя в пребывающего в апатии друида. Вдохнув густой воздух, он поморщился от концентрации благовоний. Хоть запах синего крестовника и не оказывал на людей того же дурманящего влияния, что на друидов, аромат цветка вызывал у Райза головную боль.

Сеть Светоча разделила купальни на две части, принимая на себя удар воздушных плетей. Брызнув искрами, свод пещеры выплюнул горсть камней, с глухим хрустом ворвавшихся в грудь стоящего впереди остальных беглеца.

Желтая змея туго свитой энергии протянулась от одного человека к другому, затянулась петлями на их шеях. Немного больше усилия, и удавка врезалась в кожу, разрезая гортани и ломая позвоночники.

Тела магов обмякли и рухнули на траву, когда Райз распустил золотой жгут. Выдохнув, он посмотрел на все так же стоящего в воде Береста. Друид был невредим, хоть его разум и одурманили пары крестовника.

— Неужели нельзя без этого? — Райз с презрением посмотрел на блюдце с тлеющими на нем корешками.

Пристрастие друидов к этому цветку, чей аромат позволял слышать голос Светоча громче, не было предосудительным, но каждый раз находя Нефру под действием крестовника, Райз уничтожал все коренья до последнего, даже не думая обращать внимание на возмущенное бормотание друида.

Протянув Бересту халат, Райз хмуро глянул на тела магов. До него донеслось эхо шагов приближающихся менторов, как всегда слишком увлеченных своими заботами, чтобы хоть раз поспеть вовремя.

Берест послал за Райзом, когда дурман крестовника выветрился из его головы, и голос Светоча перестал греметь в сознании, позволяя думать о чем-либо ином.

Когда друид снова встретился с человеком, на лице последнего читалось неприкрытое недовольство.

— Ты убил их.

Райз фыркнул — будто бы без слов Береста ему это было неясно.

— А что еще мне оставалось? Они представляли для вас угрозу. Мне стоило рискнуть жизнью Верховного, чтобы попытаться взять их живьем?

— Ты мог бы примкнуть к ним. С твоим знанием Лона и магами, способными самостоятельно выбраться из камеры, вам бы удалось сбежать.

Они ведь твои собратья, а ты так легко отнял их жизни.

— Ну конечно, как же без этого, — Райз мог бы, по своему обыкновению, распалиться, но подозрения друидов, не меняющиеся из года в год, утомили его достаточно, чтобы он потерял всякое желание яро бросаться на защиту своей чести. — То, что они одного со мной вида, не обязывает меня любить их. Мой дом — Лоно и моя семья здесь.