Своя игра - 1. Уклонист его величества

— У кого есть деньги, те на квартирах живут. Зачем им казармы.

— У тебя деньги есть, — заметил Скип. — Но ты же не стал снимать.

— Они у меня есть не потому, что богатый. А оттого, что привык жить экономно. И зачем мне от вас отрываться? Кто знает, сколько придется вместе служить.

— Ты и сам не встал на квартире, — обратился к Скипу Меченый. — Хотя денег у тебя побольше должно быть, чем у Друвайера. Или издержал все на то дело?

— Нет, не все. Но тоже не хочу отрываться от децимы. Я к обществу приучен. В трактире с утра до вечера посетители, и я терся меж них сколько себя помню.

Родители меня к дядьке рано пристроили — как только начал что-то соображать. Мечтали, что я тоже трактирщиком стану. Да вот, не дала судьба.

— А что случилось? — спросил я.

Скип только тяжело вздохнул.

— Вышиб он из трактира не того человека, — невесело хохотнул Меченый. — За дело вышиб, за драку, но драчун оказался из знатных. И с большими связями. Спесь у него взыграла, и Скипа чуть не отправили на каторгу. Еле-еле удалось ему откупиться, но не совсем, а с условием, что в ополчение пойдет.

Вот и оказался с нами.

— А ты как в ополчение попал? — задал я новый вопрос, уже Меченому.

— Да скрутили меня за разбой, понимаешь, и отправили на Сорорские рудники. А это, брат, такое место, что на свободу оттуда выходит мало кто. Прикинул я так и эдак — не видно других путей, как только на войну определиться. Ну и начал махать киркой, будто на себя работал. В склоки тюремные не лез, вел себя примерно. Пару найденных самородков припрятал и задарил их после кому надо… В общем, позволили в ополчение.

Солдат не хватает — многих каторжников уже в войска отправили. Правда, не с такими грехами, как мои. Меня — в виде исключения. За полторы нормы в день в течение года… Ну и за самородки.

Вот так ситуация, подумал я. Похоже, сбежать ой как нелегко будет. Меченый выглядел отпетым бандюгой, и лично я его не выпустил бы с каторги ни за какие нормы. Однако ж его освободили. Пускай благодаря личному интересу кого-то из рудничного начальства, но точно не для того, чтоб он свалил из ополчения в первые же дни, подставив своих благодетелей.

Выходит, контроль за рекрутами о-го-го какой — хотя бы по причине присутствия в их рядах типов наподобие Меченого.

Осталось выяснить, какой именно. И каким образом он осуществляется.

И кто может меня просветить, как не Меченый? Кто более него сведущ в области побегов и мер по их предотвращению? Надо лишь разговорить его не вызывая подозрений.