Потерянный трон

Волшебница сложила руки на коленях, сцепив их в замок, и, опустив глаза, рассматривала что-то у себя под ногами.

Конечно, вылазка в Чернолесье прошла еще достаточно гладко. Им во многом повезло. Отряд и блуждал-то там всего лишь три дня. А могли бы вообще попасть в какую-нибудь совсем аномальную зону и исчезнуть для мира навсегда. Или выбраться спустя внушительное временное смещение длиной в несколько столетий.

— Ну так чего? Что делаем? Идем к Вайшану или расходимся? — Маар поднялся со скамейки, где сидел рядом с магом Духа, и сладко потянулся всем телом, привстав на мыски.

— Да пошли вместе к Вайшану сходим, — сказал Раэль. Айнур посмотрел на товарища, подозревая, что брату клинка было просто интересно лишний раз лицезреть загадочного Главу его аристократического дома. Дай Раэлю волю, он бы и под маску заглянул.

Наследник дракона только открыл рот, чтобы высказать все, что думал о его наглости, как голос подала кабалистка:

— А я согласна с Раэлем.

Айнур спрятал раздражение и подозрение за непроницаемым выражением лица. Не доверял он Эллиде, но не только из-за того, что она подставила отряд в походе. Кабалистка принадлежала к братству «Небо Эшена». О его Главе отзывались как о первом интригане. Мало ли что Глава кабалистов мог приказать своей подчиненной.

— Давайте проголосуем, — предложила Эллида.

Айнур снова хотел возразить, но в беседу встрял Маар:

— Я за то, чтобы идти вместе.

— Я тоже, — с затаенным превосходством заметила Эллида. — А ты, Раэль?

— Я тоже. Пойдем сходим. — Брат клинка пожал плечами.

— Я против. Не нужно. — Луна покачала головой.

— Я не пойду, — тихо ответила Даррамус.

Салатар взглянул на наследника дракона, а потом ответил:

— Пусть сходят вдвоем с Луной.

— Короче, кто хочет остаться — сидите, а мы пойдем, — решил за всех Маар.

Вот тут уже терпение воспитанника Вайшана истощилось окончательно.

— Пока я командир, мне решать, кто и куда пойдет. — Его тоном можно было выморозить весь сад. Каким-то краем сознания эльф отметил, что невольно копирует своего Главу. Присутствующие притихли. Айнур удовлетворенно кивнул, когда повисло общее молчание. Кажется, ему удалось приструнить их. Внутри разлилось приятное чувство, что его авторитет признавали.