Патол. Акт первый: Тень.

- Всё действительно просто, - сказал я, подходя к нему, - если ты будешь думать об оружие как о средстве убийства, то оно таким и будет, и тут нет разницы, что ты будешь ковать. Даже простой нож, что ты будешь ковать, с мыслями о том, что это может послужить средством для убийства, оно таким и станет. Знаешь, - я вспомнил одну поговорку, которая в этом мире заиграла новыми красками, - но наши мысли материальны. Так что если ты хочешь и дальше ковать, то тебе стоит отпустить эти мысли, иначе ты просто не сможешь вырасти над собой, ни как мастер, ни как человек.

- Но что мне тогда делать, - его вид был потерян, и он реально не знал, что ему делать.

- Я же уже говорил, - произнёс я ещё шире улыбаясь, - тут всё просто, просто нужно думать, сколько оно спасёт жизней. Что оружие, да и не только оно, а все твои вещи, что выходят из твоей кузни, сколько они спасут этим самым жизней.

- Но как оружие может спасать жизни, - от тяжелых мыслительных процессов аж весь насупился, пытаясь понять мои простые истины.

- Очень просто, - пожал я в свою очередь плечами, - представь себе охотника, что пошел на охоту, с оружием, что было создано с мыслями об убийстве. Ведь тут как получается, что, представляя чьё-нибудь убийство, ты в первую очередь думаешь о людях. И тут так же, вот вышел охотник на след крупного зверя, вот они сошли с ним в жаркой битве и в нужный момент, его оружие его подвело. Подвело не потому, что оно плохое, а потому что оно захотело человеческой крови, его таким создали.

- Д-да, - произнёс он, завороженно слушая меня.

- А теперь представь, что в руках у этого охотника будет оружие, что было создано с мыслями о защите, да само оружие будет ему помогать и в тяжелый момент оно не сломается, а выдержит все невзгоды. Именно из этого и складывается репутация кузнеца. Ведь согласись к кому пойдут к тому кузнецу, чьё оружие и утварь стремится убить своего хозяина и испить его крови, ил к тому, чьё оружие встаёт на защиту хозяина.

- Ко второму, - завороженно протянул он, после чего закрыл глаза и ещё сильнее задумался, это было видно по тому, как сильно сложились складки у него на лбу. Я не трогал его, продолжая прерванную до этого момента работу, всё что мог я уже ему сказал, и только от него и его упрямства зависит, какой путь он выберет.

- Так говоришь наши мысли, влияют на оружие? - через пару минут тягостных раздумий, всё-таки разродился он.