Эпоха Могущества

Два пустых, будто стекленеющих глаза смотрели на решётку, через которую просунулась рука.

Только сейчас стало ясно: рука удерживала небольшой кусок хлеба.

- Жри.

Следом за голосом, ладонь разжалась, бросив "еду" под ноги Эйлина. После, железная решётка захлопнулась. Снова наступила непроглядная тьма.

Но глаза Эйлина привыкли. Он сразу же увидел под собой хлеб, а его иссохшие губы слегка шевельнулись.

По привычке, он хотел вытянуть руки, но в его рукавах была пустота.

Эйлин упал на живот, ползя по полу подобно червю.

Ухватив кусок хлеба зубами, он проглотил его разом.

Всю свою жизнь Эйлин мечтал стал адептом, тяжело тренируясь и не щадя свое тело. Он был рождён бедняком, угнетаемым всеми, не имея права на собственный голос.

И вот он сиял. Став практиком, Эйлин надеялся вырваться из этой череды неудач. Но все, на что в итоге он мог надеяться, лишь мокрый кусок хлеба, брошенный ему, словно собаке.

Он отчётливо помнил, как нагрянули стражники. К тому моменту, Хесейн и Джагер скрылись из виду, а Эйлин был брошен в темницу.

Он не имел возможности сопротивляться. К тому же, Эйлин все еще был простым бедняком. Законы Блэкстоуна редко когда бывали на их стороне.

Многие дворяне, видевшие выступления Эйлина на кулачных боях, были ошеломлены, когда весть о его заключении коснулась каждого жителя. В том день, когда он сиял, подобно звезде, никто не мог знать, что эта звезда так скоро померкнет. Они не могли поверить в то, что этот ребенок был способен совершить такой тяжкий грех.

Для тех, кто верил в виновость Эйлина, Джагер стал настоящим героем.

Где-то там, на площадях и торговых кварталах, то и дело громыхали истории. Говорили, что Эйлин был истинным демоном, присланным в Блэкстоун с целью терзать простых горожан. Исходя из их слов, мальчик был так же опасен, как массовый серийный убийца.

Говорили, что кочующий практик Джагер поверг это чудовище, оказав великую милость этому городу.

Лишь Эйлин мог сказать людям правду. Горькую и мокрую, как и хлеб, ранее плоглоченый им словно комок.

Мог, но единственным словом, которое мальчик повторял, словно безумный, было имя. Одно единственное имя.

Пришедшие представители из академий и сект был рассержены, но не стали влезать в дела простых смертных.

С тех пор прошел месяц. Темный, каменный мешок стал Эйлину новым пристанищем. Совсем не лучшим, чем его хижина за городскими стенами. Совсем.

Мальчик осторожно поднялся. Его ноги дрожали от бессилия, но он приблизился к каменной стенке.

- Хесейн...