Мастер белого шума

Ну, голос у меня дрожит, а выдавать страх не хочется. — Это ведь его вы тут всем составом разыскивали, да? Так я нашел. Можете снять оцепление и вывести армейские подразделения с территории Академии.

 Ну вот, опять ты высунулся, Сархи. 

 — Разрешаешь, значит? Вот спасибо! В ножки поклониться?

 — Если сильно хочется, не возражаю.

 Какой бес меня за язык тянет?

 — Куртку сильно не прижимай, — негромко посоветовал Рамзик. — Ожоги будут.

 — Магистр Грегор! – зазвенел в напряженной тишине дрожащий то ли от пережитого страха, то ли от негодования голос Лана, бледного, как двуглазая ромашка.

– Моя… наша жизнь только что подверглась опасности! У вас сбежал кошарх! Он мог тут всех убить! Вы… вы… ответите за это! Я буду жаловаться в Ковен! Мой отец…

 — Ваш отец вполне в курсе происходящего, Ланнерт. Будь хоть малейшая угроза для жизни людей, вас всех сразу бы отправили в безопасное место. Ошш – совершенно безобидное существо.

 — Но я видел его иглы!

 — Модифицированные.

Это ценный лабораторный экземпляр, лишенный возможности самостоятельно выделять яд. Реакция начинается только по приказу хозяина. Магическому. Спросите хотя бы у Фредерика, кошарх даже не жжется.

 Тварюшка, успевшая пробраться под рубаху (если дыру прогрызла — сверну шею экземпляру, невзирая на ценность!), жглась сильно, как прилипший и забытый горчичник. Но Грегор так убийственно на меня глянул, что я решил: должок с его стороны мне не помешает.

 — Чуть тепленький, — бодро уверил я.

– Комнатной температуры.

 Армейцы, переглянувшись, резко расслабились, а мне уже чудился запах паленой кожи. Я ведь долго не вытерплю, заору.

 Меня опередил опомнившися сержант, гаркнув:

 — В колонну, стррройсь!

 На этот раз абитуриенты почему-то хорошо расслышали команду, мигом построились, словно в казармах родились.

 — А ты куда? — остановил меня Грегор. — Сначала зверушку отдай. Слишком дорогой будет подарок, нам не по карману.

 Отодрать Ошша не получилось. Эта гадина выела пропотевшую ткань рубашки, как кислота, и успела сродниться с моей подмышкой. Шипя от боли, я осторожно ее отцеплял, волосок за волоском, колонна удалялась, Грегор терял терпение.

 — Ты что копаешься? — он ухватил меня за плечо, полы куртки разошлись, и магистр, вытаращив глаза, изумленно выдохнул: — М-мать! Идем к целителям, быстро.

 — Не надо. Фигня, сейчас я его отскребу.

 Только не целители.