Мастер белого шума

 Блондинчик брезгливо поморщился, но снизошел:

 — Тогда тебе нас с Антом не понять. Мы потомственные маги. Я — белый маг в седьмом поколении! А теперь...

 Начинается.

 — А теперь ты, может быть, станешь черным магом и всех утрешь. Плохо, что ли?

 — Как — черным? — побледнел он, хотя куда уж больше. И так фарфоровый.

 — А вам тот рыжий сержант не сказал?

 — Он говорил только, что магия вернется, — ожил черненький, робко жавшийся в своем углу.

 — Ага, — я отхлебнул остывший чай.

 — А огненные? — рыжий отставил опустошенный стакан и придвинулся ближе.

 — Не знаю, у него спроси.

 — Меня отец проклянет, — простонал блондин, взявшись за виски. — Он ненавидит черных магов!

 — А не рано тебе об этом-то переживать? Мне тоже не улыбается каким-нибудь ботаном стать. В Темном таких в салаты крошат на завтрак. Но я же нюни не распускаю, заметь. Неизвестно, как оно повернется.

 — Дожмешь? — рыжий глянул на меня, как на сумасшедшего, и вдруг хихикнул. Слава Хаосу. Настроение в комнате сменилось с монотонного на... разное. Хоть что-то питательное для моего заскучавшего от всеобщей тоски то ли дара, то ли анти-дара. Теперь можно и поспать. Тьфу, у меня же еще одно дело!

 — Поели-попили? Идем в душ, — скомандовал я. — Я там очередь занял на четверых.

 — А стаканы? — дернулся черненький.

 — Потом помоются. Может, тут добрые и честные домовые водятся? У которых еще совесть гордостью не выело.

 Фыркнув, парни похватали смену белья и побежали к душу вперед атамана. Спасибо тетке Мафизе, научила меня строить ее разнокалиберное потомство. Роненята почему-то искренне считают, что их законное место — на шее у ближних. Тут только раз допусти на себя сесть, и кранты. И этот белобрысый «принц» от них мало чем отличался.

 Вернулся я последним, наплескавшись до одури. Дорвался.

 Ага, посуда вымыта до блеска, мусор вынесен. Молодцы! Блондин сделал вид, что спит. Рыжий дрых на самом деле.

 — Тут дежурные приходили за термосом, — доложил ждавший меня черненький. — Орали, что четвертый стакан должен быть. Я сказал, что нам подсунули треснутый, и он лопнул от кипятка.

 — А они что?

 — Сразу заткнулись.

 Я забрал чертовы стаканы и поперся к дежурным.