Мастер белого шума

Я разозлился жутко: моя единственная куртка!

 Пока она очухивалась от удара, я сообразил, что бегать по Академии еще и от монстра мне в лом. Подскочил и изо всех сил загнал нож в основание ее черепа. С порепугу и от злости попал, не иначе. На полсантиметра в сторону, и фиг бы получилось. Гадина была мощной, дернувшийся в агонии хвост подсек меня, и я тоже хорошенько приложился к стене, до звездочек в глазах.

 Мне опять повезло. Она была уже сытая, как выяснилось позже. До отвала. Останки её обеда я обнаружил на выходе: сапоги с торчавшими из них костями в клочках плоти и окровавленные лохмотья.

За скитания с роненами по просторам родины и пустырям Тьмы я всякого навидался, но тут меня вывернуло.

 Это ведь я виноват в случившемся. Мой проклятый анти-дар.

 А когда перестал корчиться в спазмах и побежал к двери, то споткнулся об еще одно тело. Думал — тоже труп. Седой, но крепкий старик с грубоватым морщинистым лицом, одетый в комбинезон, а не в мантию. Вроде бы целый с виду. И крови на нем не видно.

 Он пошевелился от толчка и застонал. Жив!

 — Беги, парень! — прохрипел он, раскрыв мутные глаза. — Тут хракса вырвалась. Беги.

 — Это помесь свиньи с крокодилом? Так она сдохла.

 — Магистр Шайд уничтожил? — мутные от боли глаза прояснились.

 — Нет. Ваш магистр мертв.

 Я старался не смотреть на рваные клочки в дальнем углу.

 — Ясно. Шансов у него не было, — незнакомец пытался подняться, но лишь беспомощно скреб руками по полу. Ноги оставались неподвижными.

— Тьма! Протезы! Они на магических кристаллах.

 Так я понял еще одну темную грань моего дара.

 Пока я страдал муками совести, старик назвал свое имя — Стивер Нуато — и попросил нажать красную кнопку, утопленную в косяке входной двери.

 — Это механический сигнал тревоги, — пояснил он. — Тут еще где-то детеныш кошарха должен быть. Мелкий, но ядовитый. Он у меня за пазухой сидел. Выбрался.

 Я нажал кнопку тревоги. И с трудом подавил желание драпать во все лопатки.

Побоялся оставлять калеку. Говорила мне Мафиза: слишком ты добр, Сархи, такие мало живут — до первого хищника. Да и подозрительно это будет выглядеть, если я сейчас сбегу. Засветился по полной программе.

 — Как это, за пазухой? — вернулся я к старику, оттащил с прохода и прислонил к стене. — Это же опасно!

 — Не для меня. Он ручной. Агрессивен только когда напуган. Меня-то признает, а вот ты ему незнаком. Тебе лучше дождаться, когда сюда помощь придет.