Мир ждёт героя

— Только вот погибли девятьсот сильнейших магов империи! Эту потерю мы сможем легко восполнить!

— Да ладно тебе, — усмехнулся маг. — Нет худа без добра. Меня вот недавно на государственную службу приняли. А до этого никому не нужен был. Такие вот дела.

Эдик переключился на другой стол, куда подошёл новый мужик.

— Привет тебе, Таю, — кивнул он другу.

— Привет, Шиян. Как жизнь?

— Да нормально, — заговорил пьяница. — Вчера вот сосед вечером отправил своего сынка за бутылкой. Он с друзьями отмечал получку. Так сынишка его десятилетний ушёл и не вернулся.

«Значит, детей всё ещё похищают! — пронеслась мысль у Эдика. — Ну конечно, я убил всего троих из банды колдунов. Получается, что я убил уже восемь человек. Но не в этом дело. Значит, когда детишки сбежали, банда принялась за старое. Естественно, может там сотня колдунов. Значит я по-прежнему в опасности! Но, насколько я понял, похищают тех, кто шляется затемно. Так что нужно не выходить в это время на улицу».

Увы, Эдик не подумал над тем, что своим неудачным подвигом спасения детей, он вынудил колдунов искать новые жертвы, вместо погибших на озере детей, и в итоге их количество только возрастёт вдвое.

Тиммелин встал и пошёл за новой порцией сидра. Ему преградила дорогу девушка лёгкого поведения.

— Помнишь меня, Клавдию из дома играющей кошки?

— Не особо, — пожал плечами Тиммелин.

— Осенью после пира у ярла мы вместе развлекались.

Эдик вздрогнул, значит это и есть проститутка, которая связана с братством тьмы.

«Учтём» — он всмотрелся в неё, запоминая внешность. Овальное лицо, большие глаза с длинными ресницами, вьющиеся волосы чёрного цвета. На ней красовалось светло-жёлтое платье.

Эдик несколько раз про себя произнёс её имя, а затем записал его в маленький блокнотик, который теперь носил с собой. Его он нашёл в своём рабочем кабинете.

— Я? — Тиммелин пожал плечами.

— Да, не хочешь повторить? Бесплатно.

— С удовольствием! — кивнул подросток.

— О поганец! — со скамейки вскочил пьянтос, пристававший к этой проститутке десять минут назад, но в виду того, что он был уже пьян, и у него не было ни медяка, он был отвергнут. — Раз молодому, то можно и так давать, а старым — только за деньги!

Пьянтос в видавшем виде сюртуке перешагнул длинную скамейку.

— Пошли отсюда! — Тиммелин повернулся к двери.