Божественная бездна. Книга 3

Боль вонзилась тупыми зубами в руку, когда двое либлинов пали, не успев ничего сделать. Но остальные семь уже кружили, обстреливая паладина огненными шарами и пытаясь найти уязвимое место.

—  Враг здесь! — выкрикнул герой, чьи оливковые глаза светились в темноте. — Пробивайтесь, я его задержу!

—  Поняли! — донесся из-за камня глухой голос волшебницы, и на стену обрушился целый град ударов. Будто десяток таранов начал разваливать тощие кирпичные укрепления. А ведь там было больше двадцати сантиметров гранита.

Бросившись вперед, я налетел на поднявшийся в воздух щит, ударившись о него всем телом. Предел волшебной силы у паладина все же имелся, и пластина не удержала, рухнув на пол, но в мгновение на меня обрушился вихрь ударов, в котором невозможно было разглядеть отдельные выпады. Враг умудрялся бить прямо перед собой, по бокам и даже за спину, отгоняя и разрубая не успевших отскочить либлинов.

Схватив его же защиту, я встретил изогнутый двуручный меч, но в последнее мгновение понял, что идея так себе. Враг, манипулируя щитом, подставил меня под удар меча, одним взмахом обрубая правую кисть. Боль была такая, будто отрубили мою руку, хоть это и было каменное продолжение защитной формы. Но, увидев секундную слабость, паладин бросился вперед, с утроенной силой нанося удары и не замечая, что заходит слишком далеко.

Каменная плита рухнула в тот момент, когда его клинок застрял в моем плече. Замаскированные под сталактиты шипы пронзили воина насквозь, не оставляя никаких шансов на выживание. Будто гигантские челюсти сомкнулись на его теле. И все равно еще несколько секунд он пытался дергаться и вырываться. Ровно до того момента, как я опустил на его шею его же изогнутый клинок, после чего отправил добычу в сокровищницу.

—  У тебя плечо… —  обеспокоенно заметила Химари, когда я переместился к сердцу подземелья.

—  Нормально, — проскрежетал я каменной челюстью.

—  Да как нормально, если оно рассечено и кровь хлещет? — скептически сказала она. — Может перевязать?

—  Только бинты зря изведешь, — заметила Мюриэль, с интересом разглядывая рану. — И как? Не больно?

—  Пойдет, — поморщился я, соединяя ткани, быстро покрывающиеся толстой лавовой коркой. — Минус один. Они мощные, но самоуверенные.