Божественная бездна. Книга 3

У меня даже родилась пара идей относительно того, что именно изготовить, но в первую очередь нужно было поинтересоваться потребностями команды.

—   Привет, уже вернулся? — просила Химари, отрываясь от фолианта тьмы.

—   Да. Решил никуда не уходить, — пошутил я, решив оценить ее восприятие времени.

—   Все нормально, я понимаю, что не пять минут за чтением провела, — понимающе вздохнула японка, положив книгу рядом. Черная ниточка перескочила с ладони на талию, но никуда не делась. — Знаешь, это прозвучит странно, но, кажется, я чувствую эту тьму внутри себя.

—   Будь аккуратнее с силами, которых не понимаешь. А не понимаем мы здесь ничего. Не лезь, оно тебя сожрет.

—   Это как алкоголь и секс, вначале очень плохо и противно, а потом ничего, втягиваешься и вообще не понимаешь, как без них можно жить. После того как мы сражались и выжили, я чувствую себя куда сильнее, и книга уже не так сильно бьет по мозгам.

—   Если бы у тебя был выбор какое оружие получить, что бы ты предпочла? — осознав, что спор окажется слишком болезненным для девушки, я решил сменить тему.

—   Пару «Беретт» или УЗИ, — хмыкнула японка. — Вот только где их взять?

—   Негде, я и сам не отказался бы от автомата или, по крайней мере, карабина. И пару мыслей на эту тему у меня есть. Но пока до реализации очень далеко.

—   Тогда… короткий меч, наверное, — не определившись, пожала плечами Химари. — Будет обидно, если придется сражаться с врагом, от которого отлетают все твои удары. Но… я начала замечать, что стала лучше видеть в темноте. Куда лучше. Так что стрелы с хорошими наконечниками тоже не помешают. Только учитывай, что они летят по большой дуге, и дальше чем на тридцать метров в подземелье попасть будет просто нереально. Стрелы будут биться о потолок и сталактиты.

—   К счастью, это работает в обе стороны, — кивнул я с облегчением.

— Пользоваться луком я училась в школьном кружке, а вот арбалетов никогда в жизни не встречала, — честно призналась девушка. — Даже не знаю, чем их конструкция отличается.

—   В этом есть доля проблемы, я и сам их помню только по детским книгам про историю да по фильмам и играм. К тому же мои стихии — это камень, огонь и кость.