Божественная бездна. Книга 3

«…слабые духи смерти (7, +1 за каждого убитого в радиусе 5 метров)…»

Успел я прочитать, до того как сверху вновь раздался звон тетивы. Грудь обожгло болью. И я сполз по стене, оставляя кровавый след.

—  Сдох! Наконец! — раздался довольный юношеский голос. — Господин, я его достал! Господин?

На чердаке раздались быстрые шаги, сменившиеся тихой руганью. А через несколько секунд на пороге появился обладатель голоса, сжимающий кинжал в кулаке.

—  Ты его прикончил, урод. Теперь я не стану мастером, пока заново не пройду обучение! Три потраченных зря года! — сказал юнец, подходя вплотную.

—  И в самом деле зря, — слабо усмехнулся я, опрокидывая парня и вставая ему на плечо коленом. — Жить хочешь?

—  Пошел в Бездну! — выругался мальчишка, и мой кулак погрузился глубоко ему в живот, после чего парень несколько секунд не мог восстановить дыхание, словно рыба, хватая ртом воздух.

—  Я только что оттуда. Последний раз повторяю вопрос — жить хочешь?

—  Сдохни! — выкрикнул парень, и на сей раз я испортил его личико парой фирменных ударов, сломал нос и отбил ухо, но так, чтобы он не умер. Судя по тому, что за ним никто не пришел и не попытался ударить меня в спину во время допроса, парень действительно последний. А значит, смысла его здесь держать нет.

Портал я открыл, даже не думая.

—  Связать, обработать раны, допросить, — приказал я, не выходя из комнаты с сердцем. — К моему возвращению он должен быть жив и в состоянии отвечать на вопросы.

—  Слушаюсь, господин, — ответил боец, тут же сев на противника сверху. Кивнув, я телепортировался обратно в «последнюю точку». У меня оставалось еще одно незавершенное дело.

—  Радаман! — выкрикнул я, спустившись на первый этаж.

—  Что-то ты долго, — фыркнул тифлинг, входя в дом.

—  Это ты привел их! Хотел меня убить!

—  Не заговаривайся, малыш, — усмехнулся тифлинг, и мгновенно сгустившаяся тень отбросила меня к стене. Ни пошевелиться, ни даже выкрикнуть что-нибудь я не мог, а за спиной Радамана распахнулись занявшие все пространство в комнате огненные крылья. Голос изменился и гремел, как извержение вулкана. — Может, я и младший, но все же Божественный герой. А ты всего лишь третий.