Кибермаг 1. Стёртая личность

Урлегон наклонился к моей шее, и мою кожу обожгло холодом.

Я закрыл глаза, ожидая укуса, но его не последовало.

— Ты не заслуживаешь чистой смерти, — вдруг произнёс он.

Я открыл глаза, как раз в тот момент, когда Урлегон поднял с пола фальшивый клинок и со всего размаха вонзил мне его прямо в сердце.

Показатели энергии и очков жизни тут же упали до нуля. Система последний раз взвыла и умолкла. Я увидел уже знакомый логотип перед своими глазами, а в следующий миг меня поглотила тьма…***Я уже умер? Настоящее ли всё вокруг, или это только иллюзия?

Удивительно, но я не ощутил никакого полёта.

Система, вернее какой-то незнакомый её аналог, работала и здесь. Перед моим взором вспыхнули огненные слова: «Блок памяти номер 1 загружен».

Я понятия не имел, что всё это значит. Пару секунд ничего не происходило, однако потом случилось нечто удивительное. Словно со всех сторон разом включили яркий, ослепляющий свет. Зажмуриться или отвернуться было невозможно.

В конце концов, я стал потихоньку привыкать к нему, а после и вовсе сумел различить какие-то неясные образы. Незнакомые мне места и люди… С каждой минутой они становились всё чётче, и количество их только росло.

Информация… Столько, сколько неспособен обработать за раз ни один мозг, без риска расплавиться. Я уже ничего не понимал. Лица некоторых людей теперь стали мне смутно знакомы.

Я узнал рыжего парнишку, с которым мы вместе выросли… Память, моя собственная память возвращалась ко мне, пусть и весьма странным образом.

Мой дом, в котором я родился. Поля и леса вокруг. Лица родителей, брата и сестры. Всё возвращалось.

Судя по всему, в детстве я был довольно болезненным и слабым ребёнком. Не раз, и не два я видел, как соседские мальчишки дразнили и били меня. Так продолжалось до тех пор, пока мне не исполнилось двенадцать. Именно тогда впервые я смог дать им отпор.

Но не кулаками, а магией. Воспоминание было особенно ярким, и запомнилось лучше предыдущих.

Я был тогда в ужасе, ничуть не меньше, чем они. Но в то же время, я осознал, что теперь всё для меня изменится в лучшую сторону. Что никто больше не посмеет безнаказанно на меня напасть.

Но когда родители обо всё узнали, на их лицах не было ни улыбки, ни радости.