Кровь с молоком или неоплаченный долг

Осторожно, стараясь не расплескать ни капли, он опустился на колени и протянул священный кубок Яромиру. Тот наконец опомнился, и откинув с лица любимой непокорные каштановые пряди, принялся вливать в почти посиневшие губы воду из Чаши.

Епископ Альбрехт долго не мог уснуть. Кроме проклятого ревматизма его просто сводили с ума воспоминания о позоре, который ему пришлось пережить совсем недавно. Чертовы алданцы жестоко посмеялись над ним. Нагло вломились туда, где он считал себя полновластным хозяином, освободили своего отвратительного дружка-вампира или вернее то, что от него осталось!Альбрехт искренне надеялся, что пребывание в застенках инквизиции окончательно надломило здоровье барона фон Шлотерштайна, и гнусный упырь все-таки сдох, несмотря на все старания его нечестивых друзей и бесстыжей женушки.

Епископ с трудом спустился с высокой кровати под балдахином, прихрамывая, подошел к окну и приоткрыл его. В душную комнату потек свежий ночной воздух, из леса, окружившего поместье, потянулись запах хвои и ароматы цветов и трав.

Круглая самодовольная луна горела, словно расплавленное серебро. Альбрехт вдруг вспомнил, что ее частенько называют волчьим солнышком, и безмятежная красота летней ночи сразу потеряла свое очарование. Пожалуй, вервольфов он ненавидел теперь даже больше, чем вампиров.

Неожиданно раздался мелодичный звон колокольчика и епископ вздрогнул от удивления. Ловушка в подземелье сработала, кто-то проник в хранилище без его ведома.

Проверить, все ли в порядке внизу, отправился сам командир особого отряда, захватив с собой пятерых надежных и опытных бойцов. Правда, сам Бруно упорно отрицал возможность того, что кто-то посторонний попытался выкрасть священный артефакт. Скорее всего, крысы совсем обнаглели!Гуляют по всему подземелью почти в открытую, надо будет завести пару кошек. Хоть они и пособницы ведьм, но лучшей управы на грызунов не найти.

Его преосвященство с трудом позволил себя убедить, что ничего серьезного вероятно не случилось. Все же он велел немедленно доложить ему о результатах проверки и теперь сгорал от нетерпения и тревоги, нервно грызя ногти. Наконец он не выдержал неизвестности и решил сам узнать , что случилось. Растолкав спавшего в чуланчике слугу по имени Ганс, епископ вручил ему арбалет, заряженныйсеребрянным болтом, и знаками показал следовать за собой.