Таинственные расследования Салли Локхарт. Тигр в колодце. Оловянная принцесса

Харриет по-хозяйски обернулась посмотреть, кто удостоил их своим визитом на этот раз. Элли шла через лужайку, а за ней следовал тот самый незнакомец. Как успела заметить Салли, это был худощавый мужчина средних лет, в поношенном коричневом костюме и котелке. В руке он держал большой белый конверт.

– Мисс Локхарт, – неуверенно начала Элли, – джентльмен сказал, что должен видеть вас лично.

– Мисс Локхарт? – Мужчина приподнял котелок.

– Да, – ответила Салли, – чем могу быть полезна?

– Мне велено передать это лично вам в руки, мисс.

Он протянул ей конверт. Салли увидела на нем официальную красную печать. Она машинально взяла конверт – сложно не взять какую-то вещь, когда тебе ее протягивают; вежливостью людей так легко пользоваться.

Мужчина еще раз приподнял котелок и повернулся, собираясь уйти. Салли встала.

– Пожалуйста, постойте, – сказала она. – Кто вы? И что это?

– Внутри все написано, – ответил незнакомец. – А что до меня – я всего лишь судебный пристав, мисс.

С едва уловимой нервной усмешкой на губах он повернулся и направился к воротам. Элли, обеспокоенно взглянув на Салли, поспешила за ним.

Харриет, разочарованная невниманием незнакомца к своей персоне, вернулась к медвежонку и меду. Салли опустилась на скамейку. В ее душу закралось сомнение: зря она, должно быть, так покорно приняла этот конверт. Но можно ли отказаться от судебной повестки? С другой стороны, принимая повестку, не показываешь ли ты, что знаешь о ее содержании? Ох, это какой-то бред.

Она разорвала жесткую бумагу и вынула большой, аккуратно сложенный документ. Вверху страницы красовался тисненый королевский герб, под которым каллиграфическим почерком были выведены абзац за абзацем. Салли начала читать.

Отделение Высокого суда по наследственным делам, по делам разводов и по морским делам.

3 января 1879 года проситель Артур Джеймс Пэрриш сочетался законным браком с Вероникой Беатрис Локхарт (в дальнейшем именуемой «ответчик») в церкви Святого Фомы в Саутхеме, графство Гемпшир.

От изумления Салли не могла вымолвить ни слова. Это просто нелепо. Вероника Беатрис – ее собственное имя, на которое она, правда, не отзывалась; даже Фредерику, отцу Харриет, в свое время сразу объяснила, что она Салли и другого имени не признает.