Гамбит некроманта

— Если ты попросишь ту библиотекаршу, эффект будет лучше, — заявил он столь просто, что Некр восхитился: вот же наивность человеческая!

— О таком не просят посторонних, — сказал Некр чистую правду и не мог не попасть в цель.

Жека вздрогнул, взглянул недоверчиво, почесал переносицу явно у Некра перенятым жестом и неуверенно улыбнулся. Кажется, между ними осыпалась с звучным хлопком и острыми осколками последняя невидимая стена.

Если Некр и подтолкнул его к принятию нужного себе решения, то совсем немного:

— Ну же, Жека.

Он сглотнул, откашлялся и прочел громко и четко:

— Некр, ты никогда не станешь выполнять приказов хранителей знаний. С этого мига никто из библиотекарей не имеет над тобой власти: ни погибшие, ни существующие, ни те, кому только предстоит родиться! — Жека скомкал листок и вернул его. Некр взял, повертел его в руке и развеял прахом. — И я тоже отказываюсь от любой власти над тобой и прочими некромантами, — добавил он от себя.

— Точно не пожалеешь? — уточнил Некр и получил прямой пристальный взгляд и ответ:

— Ни на секунду.

— Хорошо.

— А вот продолжать оставаться наивным идиотом мне, пожалуй, пора заканчивать, — произнес Жека неожиданно резко, но не зло, а так… обозначая и то, что раскусил чужую игру, и что оценил усилия, на нее потраченные. — Манипулятор ты, Некр, посильнее Лины, — припечатал он.

— Лишь немного, — рассмеялся Некр, причем снова вполне искренне. — Извини.

Жека кивнул, принимая.

— Зато от меня теперь не отделаешься.

— И в мыслях нет, — заверил Некр.

— Ты обещал учить! — напомнил Жека, поняв, куда он клонит, и прерывая дальнейшие попытки правильно сформулировать и не напророчить себе же беды: слова в явном мире имели власть. Его стоило бы поблагодарить, но Некр не терпел, когда перебивали.

— До тебя я дотянусь и из Нави! — пообещал он.

— Заранее трепещу и ловлю на слове.

«Дерзость — это похвально», — напомнил себе Некр, покачав головой.

— Но лучше оставайся воплоти и здесь.

— Я постараюсь. А ты, если так выйдет, что я отлучусь, удержишь от глупостей Романа.

— Да он же тебя убьет за такие просьбы, — сказал тот, легко разобравшись в их «высоких» взаимоотношениях, в которых сам Некр плавал, словно котенок, упавший в реку с моста.

— Вот пусть и убивает. Потом.

— И меня заодно.