Убить топа 4

Вырваться, по соседям постучать, тогда эти клоуны испугаются, и сами сбегут. Ну не девяностые же сейчас.

– Нам не о чем говорить, – наконец выдавил я, уперевшись руками в края вирткокона и двигая тазом.

Я с утра не так много времени лежал, и вроде ноги не затекли. А ведь можно рискнуть кувыркнуться через край, да попробовать рвануть к двери. Оружия я при них не вижу, стриженному надо еще вскочить со стула и оббежать кокон, а от смазливого уж как-нибудь отобьюсь и оторвусь.

Тут Крутыш прижал палец к гарнитуре, чуть склонив голову…

– Да?

И в этот момент я рванул.

Вернее, попытался, потому что едва я занес ногу над краем вирткокона, как Крутыш, даже не убирая пальца с уха, другой рукой перехватил мою ногу, чуть привстав со стула. Словно тиски сжались на моей лодыжке, и он резко рванул меня обратно. Вирт жалобно заскрипел от такого обращения.

Смазливый запоздало дернулся с дивана, но потом махнул рукой и уселся обратно.

– Да, все готово, – Крутыш едва кивнул невидимому собеседнику, – Хорошо.

Он убрал палец с уха, посмотрел на меня, и недобро улыбнулся:

– Я забыл сказать, что у меня еще коричневый пояс, – качок ухмыльнулся, – Не показушный.

Тут брюнет, все еще сидя на подлокотнике дивана, спросил:

– Ну, что там?

Крутыш повернулся к нему и кивнул, махнув в мою сторону:

– Все готово, можем начинать.

– Класс, как долго я этого ждал!

Я с удивлением услышал в голосе смазливого маньячные нотки. Кто он такой в игре? Ему-то я чем насолил?

Брюнет хищно улыбнулся, и я судорожно сглотнул, когда он достал из кармана отвертку.

Пипец! Блин! Только не так! Это что, вот так просто, отверткой?

– Антон, дружище! – Крутыш встал со стула и доверительно положил мне руку на плечо, – Другого выхода нет.

– Вы чего, пацаны? – я весь напрягся. А теперь, думаю, можно драться до последнего, хуже точно не будет.

Глава 2. Нечестная игра. Часть 1

Крутыш взял меня за грудки, другую руку со сжатым кулаком чуть отвел назад.

– Слушай сюда, – начал стриженный, – Закричишь, и этот кулак тебя заткнет.

Я, стиснув зубы, с ненавистью смотрел на него. А может, заливает про коричневый пояс? Вот только проверять совсем не хотелось. Пипец, ни одной мысли в голове, только паника.

– По лицу только не бей, – заботливо напомнил смазливый.

Я покосился на него, готовясь в любой момент рвануться, отбиваться, кричать… По лицу получать неприятно, но почему бить нельзя?

– Антоша, ты человек слова? – вдруг спросил Крутыш.

Тут я чуть застыл, внепонятках глядя на него.